Девочка на лето

Во внутреннем дворике горит свет, но я никого там не вижу. Подхожу к перилам, с которых открывается вид на причал внизу, и закуриваю. Глубоко вдыхаю. Позволяю никотину осесть в легких до тех пор, пока мне не покажется, что они вот-вот взорвутся, и только тогда выдыхаю, наблюдая, как густое облако дыма уплывает прочь и рассеивается.

Я люблю этот город, правда люблю. Но иногда он так чертовски угнетает. Особенно когда я смотрю на воду, когда взгляд останавливается на той полоске суши, что изгибается на самом краю залива. Ведь я знаю – за ней открытый океан, и каждая клеточка тела взывает ко мне, чтобы я отправился туда. Я хочу ориентироваться в океане по звездам. Хочу увидеть новые места, познакомиться с новыми людьми, испытать то, чего, я знаю, никогда не испытаю в Авалон-Бэй. Маленькие городки уютные и родные. Это успокаивающая пара рук, прижимающая тебя к себе и оберегающая от всех хлопот.

Но те же самые руки удерживают тебя на месте. Удерживают в клетке.

Сегодня я слишком погружен в себя. Мне следовало остаться с Эваном, уговорить его выпить еще по кружечке пива, сыграть пару партий в бильярд.

Я делаю еще одну затяжку. Снова выдыхаю, прислушиваясь к ночным звукам. Жужжат насекомые. Шелестят деревья. Мимо проезжает машина. С пристани, несколькими домами дальше, где, судя по звукам, проходит какой-то небольшой сабантуйчик, доносится смех. Затем я слышу двигатель машины, на этот раз неподалеку от дома Таннеров. Хлопает дверь. Я краем глаза замечаю какое-то движение и понимаю, что внутренний дворик, наконец-то, больше не пустует. Там стоит женщина с бокалом вина. Не похоже, что это бабушка Кэсси. У Лидии Таннер темные волосы. У этой женщины рыжие, на несколько оттенков темнее, чем у Кэсси.

Я морщу лоб. Это ее мать? Мне казалось, Кэсси сказала, что она приедет только в середине августа.

Задняя дверь со скрипом открывается, и на улицу выходит еще одна фигура. Листва скрывает ее от глаз, но я узнаю голос Кэсси.

– Привет, мам. Только вернулась с ужина с Джой. Просто хотела пожелать спокойной ночи.

Ладно, значит, это ее мать. Интересно, когда она приехала? Я торчал в яхт-клубе все выходные, поэтому не обращал особого внимания на то, что происходит по соседству. А еще старательно избегал Кэсси после совместной мастурбации у окна.

– Ты в этом наряде была на ужине? – спрашивает ее мать.

– Да. Что в нем плохого? – Тон Кэсси звучит странно. Вынужденно, будто она пытается сохранять нейтралитет, но не может полностью совладать с собой. – Мы пошли в пляжный бар «У Джо». Дресс-код там повседневный.

– Я думала, мы говорили о кроп-топах, Кэсс.

Я тушу сигарету в пепельнице, стоящей на перилах. Подслушивать их разговор кажется неправильным.