Короткое лето

Взял у чародея «рем», пристроил кое-как за плечом стволом вниз. Мешает немного, но пусть лучше Саня главным калибром в дело вступит.

— Ты «Щелчком» того цербера достал?

— Ага. Дима подстрелил, а я уже расплющил.

— Нет у тебя ничего на радаре?

— Пока нет.

— Следи, мы почти наверняка не заметим, ту тварь с твоей наводки еле рассмотрел.

— А я вообще ни хрена так и не видел, — добавил Дмитрий. — Когда уже кинулась, только тогда. А вообще как-то так через весь лес гулять не улыбается. Нам точно надо выяснять, куда они поехали?

— Желательно… — Мне моя идея уже самому слишком удачной не казалась. — Там точно проход через лес должен быть, — добавил я, — не поедут они машинами через все эти заросли.

Дмитрий ничего не ответил.

Минут пять шли молча, скорым шагом, а затем Саня вдруг сказал:

— Две твари сзади, левей и правей.

— А третий?

— Я его и тогда не видел.

— Тогда иди вперед со своей трубой. Увидишь его опять — долби сразу. А мы тыл прикроем. — Я пропустил чародея в голову колонны, а сам встал с Дмитрием рядом. Углом пойдем. Дим, глушаки включаем, сейчас начнется.

Шаги тонут в подстилке, шуршат еле-еле. Опять амулет чуть задрожал, кто-то пытается мозги заплести. У Пастыря получалось, кстати, страх он даже сквозь защиту нагонял, я еле держался, а защитился больше кругом. Но тут круг не сделаешь, хоть только у меня одного четыре пробирки с алхимическим порошком. Тогда одна была, а теперь — да, уже четыре. Опытным стал.

Не столько вперед смотрим, сколько назад, и словно какая-то сила пытается отвести взгляд, что-то подсказывает, чтобы смотрел наверх, или куда еще — мол, там опасность настоящая, не сзади, и амулет дрожит все сильней, и холодеет и холодеет. Он хоть выдержит?

— Сань, нам глаза отводят.

— А то я не заметил. Продержимся пока, потом подзарядим, батарея есть.

И вот как из ничего, из расплывшегося воздуха сзади соткались два черных силуэта. Взметнулись комья подстилки из-под когтей, твари вновь разбежались в стороны, пытаясь зайти с двух сторон. И вновь хриплый пронзительный визг, врезающийся в мозг, даже в глазах черные круги пошли. Руки попытались предательски задрожать, но вовремя призванная волна злости всякий страх отключила сразу, выжгла из организма.

Бесшумные выстрелы, толчки резиновой накладки в плечо, стреляю через «ред-дот», не нужно мне уже никаких аур видеть. Первым и вторым промахнулся, третьим достал, выбив струю огня из черного бока, а вот четвертым, «пустышкой», попал совсем удачно, в ногу, располовинив конечность, и приземлявшаяся после прыжка тварь запнулась, завалилась боком, покатилась, давая поймать себя в верный прицел. Толчок, толчок, слышны лишь шлепки пуль в тушу и падение гильз на землю.