Летняя практика

Лена прошла мимо Димы, Владимира, не сделавших попытки ее остановить, слава богу, ее основательно колотило, и хотелось только добраться к себе, лечь и забыть этот ужасный день.

Но внизу ее остановила хозяйка гостевого дома:

- Леночка, вот второй ключ от вашей комнаты. Для вашего жениха.

- Для кого?"

"- Для жениха. Данил, кажется? Такой, очень видный парень… Он просил сделать. И доплатил.

Лена молча развернулась и пошла наверх.

На сегодня с нее хватит.

Летняя практика. Ой, где я был вчера...

- Даня… Даня… Да-няааа…

Тихий, надоедливый стон на одной ноте вырвал из тяжелого забытья, царапая, словно пенопластом по стеклу, по воспаленному мозгу.

Данил слышал эту нудень сквозь сон и отмахивался, как от назойливой мухи, не желая выплывать на поверхность.

- Даааааняаааа…

- Отва…кхххх… су….кхааааа… - с голосом был тот же непорядок, что и с мозгами. То есть не было его, голоса. Только хрип внутриутробный, похожий на шипение зомбака не первой свежести.

- Даааааняаааа…

- Су…кхаааа…

- Мужики, может вы воды попьете? Так и разговор, глядишь, наладится?

Новый голос, незнакомый кстати, резанул сознание уже совсем бесчеловечно.

Очень громко. Су-каааа…

Данил попытался и от него отмахнуться, но, видно, слишком сильно махнул рукой, перевесил центр тяжести и свалился… Откуда-то. Ударился боком, задохнулся от боли и открыл глаза наконец-то.

И какое-то время моргал, пытаясь унять резь в воспаленных веках. И опознать, где это он.

А потом, когда понял, опять закрыл глаза. На долгих полминуты.

И начал подниматься. Медленно, но целеустремлённо. Потому что лежать в тюремной камере на полу – это так себе веселье. Хоть он в тюрьме не сидел никогда, и не стремился к таким подвигам, но все же кое-какие вещи знал.

Например, что валяться под шконкой – западло. Даже случайно.

- Даня…

А вот этот голос был знакомым. Хотя тоже мало походил на нормальный. Но какие-то нотки… Что-то такое…

Данил тяжело оперся о край лавки, с которой до этого как раз и навернулся, ошалело уставился на свои руки, со сбитыми костяшками и грязнущими пальцами, под ногтями наверняка залежи полезных ископаемых можно было найти…

Это он где так? И когда?

И, главное, нахера?

Но все вопросы – потом. Сначала сесть, попить, прийти в себя.

- Давай, пацанчик, еще немного, - подбодрил его все тот же чужой голос, Данил поднял глаза и увидел говорившего. Мужик, уже в серьезном возрасте, но крепкий, кряжистый, основательный такой, сидел на соседней лавке и смотрел на Данила с сочувствием. – Плохо тебе?

Даня только кивнуть смог, выдохнул, подтянулся на руках и перевалился на лавку. Посидел, пережидая головокружение.

- Давай попей вон. – Посоветовал мужик, - это всегда от похмелья хорошо. Только вода вон, в кране. И приятеля своего оттащи туда, да голову его сунь под воду. Сразу полегчает.