Многая лета

Обняв Капитолину, Фаина угнездилась на подушке и стала решать, где лучше всего сделать дверь и кого привлечь для трудработ. Ясно, что Перетятько людей не выделит, значит, надо начинать переделку самостоятельно, а потом идти в комитет комсомола и просить организовать субботник.

* * *Проржавевший замок на двери квартиры возле детсада не поддавался. Чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки, Фаина несколько раз стукнула по замку ломиком, и он отозвался глухим металлическим бряканьем.

Рядом с Надей и Лидочкой стояла весёлая толпа ребят, которые явно горели желанием поучаствовать в мероприятии, и предложения помощи сыпались со всех сторон.

— Тётя Фаина, дозволь мне, мамка говорит, я что хошь сломаю, — настырно тянул высокий и крепкий Петя Петухов.

— Фаина Михайловна, вы снизу ломик просуньте, — посоветовала Лидочка. — А мы втроём на него потянем, как за рычаг.

— Выломаем щеколду, кто потом приколотит? — засомневалась Надежда и предложила: — Фаина Михайловна, у нас в доме живёт умелец на все руки, давайте я сбегаю его поищу.

На людях Надежда всегда обращалась к Фаине по имени и отчеству.

Фаина упрямо тряхнула головой, краем глаза зацепив симпатичного молодого человека в студенческой тужурке, который внезапно шагнул к ней и уверенно перехватил рукой ломик.

— Не стоит ничего ломать. Давайте я вам так открою. — Он выудил из кармана длинное шило с костяной ручкой и вставил его в замочную скважину. — На самом деле, открывать замки совершенно не трудно, главное — нащупать язычок. Вот, пожалуйста, прошу вас!

Он вынул замок из ушек и протянул Фаине.

Под взглядом его весёлых карих глаз она смутилась.

— Спасибо.

— Спасибо! Спасибо! — загомонили дети.

Капитолина и Петя Петухов попытались первыми проникнуть в открытую дверь. Фаина споро изловила обоих за шиворот и слегка встряхнула:

— Марш отсюда. Вдруг там Баба-яга костяная нога? Схватит и съест. Сначала я сама должна посмотреть, а вы в последнюю очередь."

"Она отдала ребятишек Лидочке с Надей и решительно шагнула в квартиру. Мебель кто-то успел вынести, и на стенах сиротливо висело несколько акварелек в скромных рамочках. В углу комнаты серым комком лежала вязаная скатерть, до переворота бывшая белоснежной. Валялись несколько черепков от разбитой вазы, какие-то тряпки, погнутое ведро. Уцелевший от разбоя, под потолком на цепях качался плафон электрической лампы, расписанный венком из жёлтых листьев. От терпкого запаха плесени и сырости Фаина чихнула и сразу же услышала чуть насмешливое:

— Будьте здоровы!

— Спасибо, — ответила она машинально и, развернувшись, оказалась лицом к лицу с мужчиной, открывшим замок. — Вы не ушли?

Фаина пошевелила носком ботинка скатерть, откуда выскочила и побежала по полу маленькая мышка.