Многая лета

По первости он по старой привычке занёс руку перекреститься — «свят, свят, свят», потом вспомнил, что Бога нет, и сплюнул с досады. И привидится же всякое непотребство, да с покойниками!

Но самым плохим оказалось то, что наваждение этого проклятого сна ничем не выгонялось. Что только он не перепробовал: пил самогон, сочинял в уме длинные письма Фаине и своим сёстрам, несмотря на небольшую рану в плече, отжимался до седьмого пота. Немного вгоняло в дрёму чтение «Капитала» товарища Карла Маркса, но как только глаза закрывались, он снова оказывался в полной темноте без единого светлого проблеска. Сны выматывали, превращая нервы в натянутые канаты, готовые вот-вот лопнуть. Однажды, вскочив среди ночи весь в поту, Фёдор дал себе слово, что едва демобилизуется — сразу за свадьбу, чтоб никогда не оставаться наедине со страшным загробным миром между явью и сновидением.

«Главное, чтобы Фаина дождалась», — сказал он себе, хотя хранил твёрдую уверенность, что она обязательно дождётся. Такие, как Фаина, не подводят.

* * *Сладко сопя, Капитолина повернулась и свернулась калачиком. Не открывая глаз, Фаина обняла тёплую спинку, влажную от ночного пота.

— Да чтоб тебе, Тишка, повылазило! Опять ногой в помои наступил! Вот ужо я тебе уши надеру, будешь знать!

Вопли соседки Кобылкиной дробили сон на мелкие острые кусочки света и тени. Пропали река и солнечный луг, по которому она бежала навстречу Фёдору, пропало тепло, сладко баюкавшее тело, пропало чувство полёта, когда руки превращаются в два белых крыла.

Вместо лёгких образов появилась тёмная стена старого дома и строй солдат под красным знаменем, шагавших в ногу — ать-два, левой!

Сквозь полудрёму Фаина услышала, как что-то в кухне загремело, и вяло подумала, что Фёдор не зря советовал переехать в комнату побольше и подальше от кухни, а она, глупая баба, его не послушала. В следующий раз будет умнее.

— Мама, Тиша балуется? Почему тётя Акуля кричит? — Капитолина села на кровати и с интересом посмотрела на дверь. Если дочка проснулась, то о сне можно забыть."

"Фаина посмотрела на часы и вздохнула — пять утра. Ещё бы позволить себе чуточку полежать на подушке, бездумно скользя взглядом по зимней темноте за окном. Очень уж не хотелось вылезать на холод из-под тёплого одеяла.

— Мама, мама, вставай, — тянула Капитолина. Ей не терпелось заняться делами.

Фаина вспомнила — сегодня в детском саду намечается подготовка к Рождеству, и разом вскочила на ноги. Лидочка обещала тоже прийти пораньше, чтобы втайне от детей затащить ёлку в холодную кладовую. За прошлую неделю Лидочка с детьми наделали груду ёлочных игрушек, да ещё ящик игрушек выделил Наркомпрос из конфискованных запасов.