Меч Лета

– Я… – Голова у Блитцена упала на грудь. – Где мы встречаемся? – глухо осведомился он.

– У кузнечных горнов на Кеннинг-сквер, – назвал место Джуниор. – О, это будет занятно! Ну а теперь пойдемте, мальчики, – указал он охранникам в сторону улицы. – Нужно как можно скорей рассказать Няне Бемби.

Едва он, шаркая и стуча позолоченными ходунками, исчез вместе с двумя своими охранниками, Блитцен, безвольно опершись грудью о стойку, осушил до дна свой кубок.

Над прилавком тут же возникла голова Набби. Он начал наливать Блитцену новую порцию медовухи. Его гусеничные брови выписывали тревожные зигзаги.

– За счет заведения, – подвинул он услужливо кубок к Блитцену. – Приятно было с тобой общаться.

Ну, будто уже собирался на его похороны!

Вскоре он удалился на кухню, оставив нас с Блитцем в обществе Тейлор Свифт, жаривший во всю мощь из колонок песню «Я знаю разные края», которая здесь, в подземном мире гномов, звучала особенно выразительно.

– Может, все-таки объяснишь, что случилось? – потребовал я от угрюмо молчавшего друга. – Какой такой еще поединок, когда засветится мох? И когда этот мох засветится?

Блитцен уставился на содержимое кубка.

– Мох начинает светиться утром. Это гномичий вариант рассвета. А поединок… – Голос его сорвался. – Да ерунда все это. Уверен, ты сможешь продолжить поиски и без меня.

Именно в этот момент дверь бара резко отворилась, и Сэм с Хэртстоуном влетели внутрь так стремительно, словно их выпихнули из пронесшейся мимо машины.

– Они живы! – радостно проорал во всю глотку я. – Блитц, посмотри!

Хэрт стремительно торпедировал Блитца, едва не выбив его из стула. Тот с рассеянным видом похлопал его по плечу.

– Ну да, дружище, я тоже рад тебя видеть.

Хэртстоун, кажется, от избытка чувств утратил способность общаться жестами, а может, у него просто были заняты руки, потому что он ими стискивал Блитца в крепких объятиях.

Сэм, в отличие от него, меня обнимать не стала, но по ее улыбке было понятно, что и она очень рада. Кожу ее покрывали царапины, к одежде и волосам прилипли листья и мелкие веточки, но серьезных травм она явно не заработала.

– Классно, Магнус, что ты еще не умер! – воскликнула она весело. – Я все-таки предпочла бы, чтобы это случилось в моем присутствии.

– Спасибо тебе, аль Аббас, на добром слове, – в тон ей отреагировал я. – Что там с вами случилось-то после того, как мы ушли?

– Ну, мы, сколько могли, продержались в укрытии под хиджабом.

– Кстати, а как это получается? У тебя что, хиджаб-невидимка?

– Не невидимка, а камуфляж. Всем валькириям выдают платки из лебяжьего пуха, чтобы при случае можно было под ними спрятаться. Вот я свой и превратила в хиджаб.

– Но ведь вы с Хэртом превратились не в лебедей, а в кочку лишайника.

– Платок может в разное превращаться.