Конец лета

Какой-нибудь господин с тихим невыразительным голосом будет стоять в углу и бормотать под нос: «Месье Дюра, месье Дюра...» – а Марк пройдет мимо, ничего не заметив. Даже если сообщение дойдет до Марка, оно может его испугать, и он станет волноваться за Пилар еще больше. По крайней мере от этого Динна должна была его избавить.

В дверь постучалась горничная и сказала, что такси приехало. Сообщая это, горничная протянула Динне небольшой пакет. В пакете было два сандвича с окороком и кусок жареного цыпленка. «Возможно, месье тоже будет голоден». Динна только мысленно ужаснулась: «Как можно есть сейчас?»

Если дорога из аэропорта до больницы показалась Динне нескончаемой, то сейчас ей, наоборот, почудилось, что они доехали слишком быстро. За окнами было темно. Сидя на заднем сиденье, Динна начала потихоньку засыпать, ее мысли беспорядочно перескакивали с Пилар на Бена, с Бена на Марка. Казалось, прошло всего несколько мгновений, и вот уже такси, взвизгнув тормозами, остановилось.

– Voila.

Динна рассеянно поблагодарила таксиста, расплатилась, добавив щедрые чаевые, и поспешила в здание аэропорта, расправляя на бегу юбку. Ей вдруг показалось, что она не переодевалась целую неделю, однако ее совершенно не волновало, как она выглядит, – слишком много было других поводов для беспокойства. Динна посмотрела на большое табло с номерами рейсов и выходов и поспешила к тому выходу, из которого должен был появиться Марк. Самолет только что приземлился, и пассажиры начнут выходить лишь через несколько минут, Динна успевала, но едва-едва. Пассажиры первого класса всегда выходят из самолета первыми, а Марк летает исключительно первым классом.

Динна пробралась между другими людьми, чуть не споткнувшись о чьи-то чемоданы. Но зато она подбежала к выходу как раз вовремя – первые пассажиры уже проходили таможенный контроль. Вздохнув с облегчением, Динна встала в сторонке и стала наблюдать за пассажирами. На какое-то мгновение у нее мелькнула безумная мысль сделать Марку сюрприз, показать ему, что, несмотря на ее предательство этим летом, он ей небезразличен. Даже сейчас, когда ее сердце разрывалось от боли из-за Пилар, ей хотелось как-то поддержать Марка, облегчить ему жизнь. Поэтому она решила, что просто подойдет к нему, коснется его руки и улыбнется. Подарить ему крошечный островок радости в море боли – по крайней мере это она могла для него сделать. Динна плотнее запахнула на себе жакет и поправила воротник-шарф своей шелковой блузки цвета слоновой кости. Мимо нее уже прошли семь или восемь человек, но Марка пока не было видно.

И вдруг Динна его увидела. Высокий, худощавый, подтянутый, в прекрасно сидящем костюме. Даже после перелета он выглядел безукоризненно.