Конец лета

– Ты всегда считал меня недалекой и предсказуемой и сам не раз твердил мне об этом, стало быть...

– Вспомнила! Ты теперь совсем другая. Ты превратилась в красивую девушку из рода викингов...

– Но у меня нет никаких талантов. Я не умею даже ухаживать за цветами.

– При чем здесь цветы?!

– Понимаешь, я не верю, что у тебя нет кучи поклонниц, которые сохнут по тебе и ждут не дождутся того дня, когда ты обратишься к какой-нибудь из них с просьбой стать миссис Синклер Бейли.

– Может, и ждут, – произнес он с обезоруживающим самодовольством. – Мне они нужны как собаке пятая нога.

Я обдумала его слова, и, как ни странно, они меня заинтриговали.

– А где бы мы поселились?

– В Лондоне, конечно.

– Я не хочу жить в Лондоне.

– Ты с ума сошла! Где же еще жить? Все происходит в столице.

– Мне нравится за городом.

– Будем наведываться сюда по выходным... как я сейчас. Посещать друзей.

– И чем станем заниматься?

– Да чем придется. Ходить под парусом... Ездить на скачки.

Я навострила уши:

– Скачки?

– Ты никогда не была на скачках? Это самое захватывающее зрелище на свете. – Он приподнялся на локтях, и наши глаза оказались на одном уровне. – Я убедил тебя?

– Ты забыл самую малость.

– Какую еще малость?

– Любовь.

– Любовь? – Он улыбнулся. – Но, Дженни, мы ведь любим друг друга! Всегда любили.

– Тогда было совсем другое.

– Почему другое?

– Как я смогу объяснять, если ты до сих пор сам не понял?

– Попробуй.

Я испуганно замолчала, не зная, как поступить, и понимая, что отчасти он прав. Я всегда любила Синклера. В детстве он был для меня самым главным человеком на свете, но, в кого он превратился теперь, я не знала. Чтобы кузен не догадался, о чем я думаю, я опустила голову и принялась рвать траву и бросать ее на землю. Ветер подхватил выдернутые былинки и куда-то уносил."

"– Мне кажется, – с трудом выдавила я, – все дело в том, что мы оба изменились. Ты стал другим. А я фактически превратилась в американку...

– О, Дженни...

– Нет, это так. Здесь я выросла, здесь пошла в школу... но то, что у меня до сих пор британский паспорт, ничего не меняет. Точно так же, как нельзя изменить мое отношение к жизни.

– Ты говоришь загадками. Сама-то понимаешь это?

– Хорошо, пусть я говорю загадками, но не забывай, что наш разговор строится на предположениях... допустим, что... – Я осеклась.

Синклер тяжело вздохнул, словно хотел что-то сказать, но потом передумал и коротко рассмеялся:

– Мы могли бы торчать здесь, переубеждая друг друга, до захода солнца.

– Нам пора в дорогу?

– Да. Надо осилить еще, как минимум, три мили. Мы много прошли, и, к твоему сведению, вопрос не закрыт.

Я улыбнулась, а он неожиданно обнял меня за шею, притянул к себе и поцеловал прямо в губы.

Нельзя сказать, что я была застигнута врасплох, но все равно впала в панику.