Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2

Ледяные иглы пронзили тело с десятка направлений, но не убили — только парализовали, лишив возможности двигаться или кричать.

— Не принимай близко к сердцу, — сказал Риверс, начиная чертить в воздухе светящиеся руны. — Ты послужишь великому делу.

Глаза Маркуса расширились от ужаса, но даже так он не понимал, что происходит. Но лед сковал его горло, не давая издать ни звука.

Риверс завершил рунический узор и произнес слова на языке, которого секунду назад не знал. Древние слова, полные силы и ужаса, заставлявшие воздух дрожать от их звучания.

Тело Маркуса начало светиться — сначала тускло, потом все ярче. Его жизненная сила, магическая энергия, сама сущность начали покидать физическую оболочку, превращаясь в светящиеся нити, которые тянулись к рукам Риверса.

Процесс был болезненным для плененного — Риверс видел это по выражению лица помощника. Но он не испытывал ни капли сочувствия. Только нетерпение от предвкушения силы.

Когда последняя искра жизни покинула тело Маркуса, плоть просто рассыпалась в прах. На полу остался лишь небольшой кристалл — темно-красный, размером с грецкий орех, пульсирующий собственным внутренним светом.

— Прекрасно, — прошептал знакомый голос в голове Риверса. — Первый шаг сделан. Теперь возьми мой подарок.

Риверс поднял кристалл, ощущая заключенную в нем мощь. Это была не просто энергия — это была перегнанная сущность Маркуса, очищенная от всего человеческого и превращенная в нечто более полезное.

— Моему апостолу нужна верная армия, — продолжал голос. — Этот кристалл поможет тебе создать ее. Используй его мудро.

Знания снова хлынули в сознание Риверса с новой порцией боли. Теперь он понимал, как использовать кристалл, как превращать обычных людей в покорных слуг, лишенных собственной воли, но сохранивших все способности.

Риверс поднял кристалл к свету, наблюдая, как в его глубинах играют красные всполохи. Затем запрокинул голову и рассмеялся — долго, безумно, пока звук не заполнил всю комнату.

Дорога домой прошла в блаженной тишине. Никаких монстров, никаких древних ужасов, никаких безумных магов — только я, дорога и предвкушение горячего душа. После нескольких дней в этом Разломе простые человеческие удовольствия казались верхом блаженства.

Когда я наконец добрался до мастерской Арии, солнце уже садилось, окрашивая небо в багровые тона. Я толкнул дверь, готовый упасть на первую попавшуюся кушетку и не двигаться часов шесть.

Но едва я переступил порог, как в меня врезалось нечто темноволосое и очень взволнованное.