Лестница Пенроуза (СИ)

Просто – спать. Иди сюда.

В серьезных романах и дурных сериалах герой, справившись с невзгодами, как правило, «начинает жизнь с нового листа». То есть, по сути, выбрасывает предыдущую жизнь на помойку, притворяясь перед самим собой, что прошлое кануло в Лету.

Имс же отнюдь не собирался делать вид, что ничего не было. Все еще слишком отчетливо перед глазами стояли едва зазеленевшие леса Тюрингии весны сорок пятого года, все еще жуткой болью кололо сердце, стоило только подумать обо всех тех годах, которые он провел в глухом одиночестве, истерзанный бесплодной надеждой.

Сейчас Имс все еще лежал в кровати, нежась, а Артур сидел в кресле, только в домашних штанах, подсунув под себя одну ногу. Его ноутбук волшебным образом балансировал на выставленном вверх колене, Артур был полностью поглощен чем-то на дисплее, хмурился и жевал нижнюю губу.

Имс гадал, переживает ли Артур случившееся, и насколько сильно: ту ужасную встречу на вокзале, наконец-то вскрывшуюся подоплеку всего – такую примитивно простую и простотой этой еще более страшную... И выстрел.

Имсу хотелось спросить Артура, как он... – после? Но Имс не решался. Он слишком боялся выдать собственную радость – слишком темную, слишком горячую и слишком торжествующую, слишком – для его воспитания в христианской традиции и всех этих постулатов о всепрощении в духе «подставь вторую щеку».

Если честно, плевать Имс хотел на все. Если бы не Артур, реакции которого Имс не мог предположить, он бы отметил смерть старика шампанским, и никаких угрызений совести. Он расправился наконец с врагом, сломавшим ему когда-то жизнь, он сумел вернуть себе смысл этой жизни и не сожалел ни о чем. Напротив, он был совершенно счастлив. И очень, очень благодарен тому, кто дал ему такую возможность. Тому, кто подарил им этот немыслимый шанс.

Занавес упал, гром оваций, артисты вышли на поклон.

Этим утром Имс чувствовал себя так, как, наверное, чувствует себя актер на первой репетиции нового спектакля – возбужденным. Предвкушение разогретым пряным медом ходило по венам, собиралось горячей огромной каплей где-то у солнечного сплетения, ретивыми пузырьками вилось вокруг позвоночника. Еще толком не проснувшись, не открыв глаз, Имс уже знал, что что-то грядет. Он всей кожей ощущал, что вот сейчас, надежно закрыв дверь в прошлое, они оказались на перекрестке.

И выбор дороги теперь – только за ними.

Имс отправился в душ, вернулся, отрицательно качнул головой в ответ на вопросительный взгляд Артура, вышел на балкон, подышал влажным воздухом осеннего утра и тут только заметил суету во дворе.

– Артур! – позвал он. – Иди сюда! Быстрее!

– Что? – сказал Артур, выбираясь на балкон. Было свежо, Артур поежился – майку надеть он так и поленился.

Внизу, во дворе, готовились к отъезду.