Лестница в Эдем

– Опа, как славно! Заметалась валькирия! Ощущает подвох, но понимает, что копье применить нельзя! Отдел проектирования ссор сработал недурно, даже при том, что меня гаденыш Лигул поставил в известность только сорок минут назад, – одобрительно произнес Арей.

Толпы вновь пришли в движение. Если поначалу они были обращены лицами друг к другу, то теперь все как-то сразу повернулись к Таамаг и ее оруженосцу. Голосов Меф не слышал, но догадывался, что у Таамаг и ее оруженосца, видимо, требуют убраться куда подальше. Один из мужчин нетерпеливо двинулся в сторону валькирии, делая рукой прогоняющее движение, а та, разумеется, осталась на месте.

– Отлично! Так я и думал. Сработал замещающий принцип «Расступись, народ! Дядя драться будет!» – удовлетворенно сказал Арей.

– Что за принцип? – спросил Меф.

Арей нетерпеливо взглянул на Улиту. Он терпеть не мог разжевывать, считая, что умный догадается сам, а дураку все равно не объяснишь.

– Допустим, есть два парня из классов «А» и «Б». Оба в своих классах самые крутые, и оба примерно равны по силе и практическим навыкам членовредительства, – неохотно сказала ведьма. – Случается так, что им надо подраться, чтобы не упасть в глазах своей свиты. Оба выходят на школьный стадион и начинают топтаться. На стадионе места, понятное дело, для Пунической войны хватит. Но этим драться втайне не хочется, потому что это заведомо тупик, а отступать вроде как нельзя. И вот они случайно видят какого-нибудь робкого мечтателя из класса «В», который в стороне кормит колбасой бездомную собачку, и начинают на него орать, чтобы он уматывал. Если мечтатель не слышит по причине разрядившейся батарейки в слуховом аппарате, оба его с удовольствием пинают, доводят до слез и расходятся, искренне считая, что не они не подрались, а им помешали.

Дафна невольно засмеялась.

– И теперь этот мечтатель со слуховым аппаратом… – начала она.

– Ага, в роли робкого ботана, который должен крутить педали, – валькирия Таамаг! – закончил Меф.

Начальный момент драки Дафна упустила. Таамаг была загорожена спинами окружавших ее мужчин. Один из них, видимо, попытавшийся схватить ее за плечо, грузно осел на землю, нелепо подогнув под себя ногу. Он сидел, тряс головой и сам, казалось, недоумевал, что с ним случилось.

После этого наступила короткая, секунды в две пауза. Мутное облако гнева окутывало всю толпу. Дафне с ее острым внутренним зрением казалось, будто над площадкой зависла подгнивающая медуза и стрекалами тянется к каждому стоящему на ней. Две враждующие группы в необъяснимом порыве слились в одну и, не сговариваясь, разом сомкнулись вокруг Таамаг и ее оруженосца.

– Ну все! Понеслось по маленькой! – сказал Арей.

Оруженосцу Таамаг не повезло.