Лесной гамбит

– Ох, князь, вы меня своими шуточками в могилу сведете, – простонал он, утирая набежавшие слезы белоснежным платком. – Насмешили, голубчик. Но как вышло, что вы об уходе казачьего воинства не знаете? Приказ еще вчера пришел.

– Осмелюсь доложить, ваше высокопревосходительство, то моя вина, – пряча улыбку, ответил Рязанов. – Поручик вчера весь день банду гонял, а после за бумагами сидел. А я забыл ему сообщить. Слишком много срочных дел разом навалилось.

– Да, с бандой это у вас, поручик, лихо получилось. Примите мое полное удовольствие.

– Премного благодарен, ваше высокопревосходительство.

– Не стоит. Где молодец, там молодец. В один день управились.

– Осмелюсь доложить, но без казаков я бы не управился, – осторожно добавил Руслан.

– Да уж, геройский у вас десяток образовался. Да еще и оружие это ваше, князь. Толковую вы штуку придумали, – одобрительно кивнул Татищев.

– Ваше высокопревосходительство, нужен нам еще один десяток, – тут же отреагировал Руслан. – Мы со штабс-капитаном запросто можем независимо друг от друга действовать. Перемешаем людей, чтобы опытные в наших делах новичкам помогали, и можно будет быстрее на любую замятню реагировать. Тут даже лучше молодых, которые еще толком пороху не нюхали. Чему надо, сами научим.

– Быстрее, говорите, – задумчиво протянул генерал. – Пожалуй. Что ж. Михаил Сергеевич, голубчик, я вам письмо для атамана передам, а дальше уж сами. Мне еще к генерал-губернатору с докладом ехать.

– Слушаюсь, ваше высокопревосходительство, – щелкнул Рязанов каблуками.

– А вы, князюшка, изложите-ка мне на бумаге свои мысли о летучих отрядах. Прямо сейчас. Секретарь вас всем обеспечит.

– Слушаюсь. Разрешите идти?

– Ступайте, голубчик, ступайте. Я пока графу письмо для атамана набросаю, – милостиво кивнул Татищев.

Развернувшись через левое плечо, Руслан вышел из кабинета и, тут же спросив у секретаря бумагу, перо и чернила, уселся писать список необходимых мероприятий. Судя по тому, как генерал заинтересовался его короткими выкладками, сам он ничего толкового предложить не сумел. А если вспомнить, что ему скоро придется докладывать генерал-губернатору, то Руслану следовало поторопиться.

Припомнив все свои мысли по поводу перекрытия всех особо опасных направлений, Шатун сосредоточился и принялся писать. Спустя полчаса, присыпав свою писанину песком, он дождался, когда чернила высохнут и, поднявшись, направился к дверям.

– Закончили, господин поручик? – оживился секретарь.

– Так точно. Не сочтите за труд доложить, – вежливо попросил Руслан.

– Не доверяете? – иронично поинтересовался секретарь, кивая на бумагу.

– Господь с вами, – поспешил откреститься Шатун.