Лесной князь

Но он быстро схватил ее за локоток и, вновь притянув девушку к себе, прошипел:

– Отомстить! Я едва не умер тогда! Теперь Ваш черед и сегодня умрете Вы! Если Вы не будете моей, то не будете ничьей!

– Отпустите! – дико вскрикнула Катюша, и начала неистово биться в его руках, отталкивая его. Но это лишь распалило Лавазье и он, быстро спрятав пистолет в карман, нагло прижал девушку к себе.

– Но сначала Вы станете моей, – выпалил он в запале. Тут же с яростью притиснув девушку к себе, Лавазье начал задирать ее юбку, удерживая руки Катюши за спиной. Катя пыталась вырваться из его гнусных объятий, и все время отворачивалась от него, не давая возможности поцеловать ее. Между ними началась борьба. Чувствуя, что не в силах справиться с ним Катя начала кричать, надеясь, что кто-нибудь придет к ней на помощь. – Замолчи! – прошипел Лавазье и закрыл широкой ладонью рот девушке.

В следующий миг некая сила оторвала Франсуа от Катюши и отшвырнула француза в сторону. Неожиданно оказавшись свободна, Катя инстинктивно попятилась к беседке, которая была за ее спиной и испуганно прижалась к холодному камню, которым снаружи были облицованы стены открытого домика. Катюша ошарашено увидела как Иван Воронцов, облаченный в красный персидский костюм и сапоги, поднял Лавазье над землей, схватив его за грудки. Француз попытался достать пистолет, но Иван мгновенно выбил у него оружие и нанес Лавазье мощный удар по лицу. Затем стремительно ударив француза в живот, Воронцов отшвырнул Франсуа от себя, и отметил, как противник с силой ударился спиной о дерево, и обессилено сполз на траву. Иван быстро сделал три шага к Лавазье и наклонился над поверженным французом, который валялся на земле. Катюша, замерев, следила за этой жутковатой картиной, округлив от испуга глаза.

– Еще раз увижу тебя рядом с этой девушкой, отправишься прямиком на тот свет, – с угрозой процедил Воронцов, обращаясь к Лавазье, который уже пришел в себя и пытался приподняться на локтях. Французу, наконец, удалось сесть, облокотившись спиной о березу. С ненавистью и не пониманием смотря на высокого широкоплечего Воронцова, Франсуа прошипел на ломаном русском:

– Какое Вам дело до нее, граф?! Эта девушка моя!

Мгновенно угрожающе склонившись к Лавазье, Воронцов вновь схватил железной хваткой француза за темное платье на груди, приподняв его с земли, и свинцовым голосом прочеканил:

– Ты, видать, дурак? Раз не понял меня! Значит, пришибу, тебя прямо сейчас!

Катюша ахнула, когда Иван упер свою широкую ладонь в шею Лавазье и приподнял его над землей. Франсуа начал задыхаться. Пытаясь сопротивляться из последних сил, француз начал пинать Ивана болтающимися над землей ногами, ухватившись своими руками за неумолимую убивающую руку Воронцова.