Отчаянная невеста лесного царя

— Всеволод и Забава стали мне дороги, — призналась я, чтобы хоть немного ослабить давящее чувство вины.

— А я?

— Ты тоже, — смущённо прошептала я, зажмурившись в детском желании спрятаться.

Но мне действительно была небезразлична судьба Драгана.

— Это приятно, — он воспользовался заминкой и приблизился.

Лица коснулось его дыхание, и я распахнула глаза. Он нависал надо. Высокий, широкоплечий, закрывая от света фонарей и луны. Оттого черты его лица тонули во мраке. И лишь ярко сверкали голубые глаза. Это было бы странно на Земле, но здесь, в магическом уголке сада казалось чем-то естественным.

— Не надо, — попросила я, когда его ладонь потянулась к моему лицу.

— Почему? — он всё же коснулся моей щеки кончиками пальцев.

— Потому что… вы знаете почему, — пробурчала я.

— Снова ко мне на «вы»?

— Мне сложно.

— Мне тоже, поверь, — под его прерывистый вздох прикосновение спустилось к моей шее. — Я так давно не ощущал этого…

— М… чего именно? — несмело уточнила я, приложив ладонь к груди, где заполошно билось сердце.

— Прикосновения, человеческое тепло, ароматы, — склонившись к моему плечу, он гулко втянул носом воздух.

Дрожь пробежала по всему телу и дёрнула кончики ушей. Умеет же…

— И боль, — он вздрогнул, отступив от меня, и с улыбкой взглянул на свою ладонь.

Из тонких ранок показались алые капельки крови.

— Как вы… — я взглянула за спину, и сама всё поняла.

Он схватился за ограду, а ту обвивала шипастая лиана. Похоже, так он и поранился при нашей первой встрече.

— Опять, — я приблизилась, извлекая из кармана свои тряпочки.

Драган послушно протянул мне руку для перевязки.

— А раньше ты правда не чувствовал боли?

— Да. Пока не встретил тебя в саду. Ты на неё похожа.

— На кого?

Он покачал головой, погрустнев лицом.

— Память возвращается? — в груди всколыхнулась несмелая надежда.

Драган нахмурился, глубоко задумавшись. Стараясь унять нетерпение, я сосредоточилась на перевязке его нового боевого ранения.

— Иногда. Урывками. И мне не всегда нравится то, что я вижу, — признался он, когда я уже потеряла надежду услышать ответ на свой вопрос. — Но… ты права. Надо помнить даже плохое.

— Я говорила это Всеволоду, — напомнила ему, подтолкнув в плечо.

Он с улыбкой перехватил мою ладонь.

— Ты возле моего племянника, конечно же я слежу.

— Только когда я возле него? — спросила, а в голове вспыхнуло смущающее осознание. — Твои тени картинку передают или только разговоры?

И по хитрому блеску в глазах догадалась, что его наблюдатели работают не хуже камер.

— Только возле Всеволода и Забавы, — он сжал свою ладонь, оценивая надёжность перевязки.

— Сделаю вид, что поверила, — я обиженно скрестила руки на груди.