Лесная ведунья 3

Солнце ярко светило, вокруг сновали мошки, и радующиеся спасению птицы, невдалеке потревожил кусты дикий кабан, волки и олени были чувствительнее — они нас за милю обходили. В общем хорошо так было, светло и радостно.

А чародейка Сирена лежала мертвая. И убила ее не я, не лес, не заклинание какое — ее убил тот, кого она всем сердцем любила.

Постояла я над телом чародейки мертвой, клюку сжимая изо всех сил, и вроде оно как — человек умер, чародейка в смысле, а в душе нет скорби… злость одна.

— Достали уже! — сорвалась вдруг ведунья лесная. — Как тараканы все лезут и лезут, спасу от них нет, проклятых!

И тут поняла, что смотрят все на меня недоуменно — и Водя, и Мудрый ворон и кот Ученый, и даже олени откуда-то появились и из-за деревьев потрясенно выглядывают, а одна белка вообще орех из зубов выронила.

— Что?! — вопросила разом у всех.

Все быстро делами своими занялись, словно и не было ничего. Только Водя сказал задумчиво:

— Суровая ты стала, раньше пожалела бы помершую, а ныне только глядишь на нее гневно да раздраженно.

Развернулась я к водяному, в глаза его голубые, словно море прибрежное взглянула, да и сказала как есть:

— Мне не за что ее жалеть, Водя. Прежде чем чьей-то подставной женой стать, да подставной же матерью, она тех, чье место занимала, убивала ведь, понимаешь?

Понял. В глаза мои посмотрел и все понял.

— Дети не ее были? — уточнил тихо.

— Чародеи обретают молодость и вечную жизнь, теряя способность к деторождению, — вдруг сказал кот Ученый.

Мы к нему повернулись, на морду наглую ныне не призрачную поглядели вопросительно, а кот возьми и тоже психани:

— Нервничал я! Всю ночь со своим боем спать не давали, вот и… зачитался слегка. И неча так глядеть!

Я чародейку мертвую магией над лесом подняла, Водя поток воздушный задействовал, и отправили мы труп этот куда подальше, в земли пустынные, где ничего не растет. И не потому что жестокие да бездушные, а потому что — ничего хорошего я от чародеев уже не ждала. И могла бы захоронить ее тут же, да только кто его ведает, что это тело в себе хранит. Может гниль да тлен магический, может ловушку какую-то, может… Не стану я лесом рисковать, просто не стану.

И потянулись дни долгие, суматошные, заботами полные.

С ведьмами разбираться надо было, а вот с Ульгердой не смогла — требовала лишившаяся сил ведьма встречи, криком кричала истошно, ногами топала, да только… что сказать я ей могла? Ничего. В случившемся ее вина была, ее и только, и Радомира, что во главе всех ведьм встала, того же мнения была. Изгнали Ульгерду, за дело изгнали.

С вампирами разбираться тоже пришлось — Гыркула захотел поближе к волкодлакам жить, чтобы стало быть с другом верным по вечерам пропустить по стаканчику.