Леща, Ваша Светлость? (СИ)

Харлон умер от лихорадки, это знает весь город.

Я пристально посмотрела на него, пытаясь понять, лжёт ли он намеренно или просто не знает правды.

– У меня есть основания думать иначе, – тихо сказала я. – И однажды я узнаю всю правду.

Тобиас побледнел:

– О чём ты говоришь? Какие основания?

– Неважно, – я отвернулась. – Мне пора возвращаться в лавку. Спасибо, что проводил.

– Лесса, постой! – он догнал меня в несколько шагов. – Я не понимаю, что происходит. Ты изменилась, и я не узнаю тебя. Прежняя Лесса никогда не говорила так… не отталкивала меня.

– Прежней Лессы больше нет, – твёрдо сказала я. – Она умерла вместе с отцом. А я… я новый человек, Тобиас. И у меня новые цели, новые мечты и новые чувства.

С этими словами я развернулась и быстро пошла прочь, оставив его стоять посреди площади с растерянным выражением лица.

Возвращаясь в лавку, я не могла отделаться от тревожного чувства. Разговор с олдерменом и Тобиасом всколыхнул все мои подозрения и опасения. Если Морган действительно замешан в контрабанде, если он действительно причастен к смерти Харлона… что помешает ему избавиться и от меня, если я стану слишком опасной?

И что делать с предложенными пятьюдесятью флоринами? Отказаться – значит лишить рыбаков столь необходимой помощи. Но принять – связать себя и кооператив обязательствами перед человеком, которому я не доверяла.

Задумавшись, я не сразу заметила человека, преградившего мне дорогу – невысокого, худощавого мужчину средних лет в потрёпанном дорожном плаще.

– Госпожа Хенли? – тихо спросил он, оглядываясь по сторонам. – Мне нужно поговорить с вами. Наедине. Это касается вашего отца… и Джеремайи Фолсома.

Я вздрогнула, услышав знакомое имя из письма, найденного на чердаке.

– Кто вы? – напряжённо спросила я.

– Друг, – коротко ответил незнакомец. – И у меня есть информация, которая может вас заинтересовать. Но не здесь. За нами могут наблюдать.

Я колебалась лишь мгновение. Этот человек знал о Джеремайе, знал о связи с моим отцом. Возможно, он мог пролить свет на тайну, которая не давала мне покоя.

– Где и когда? – тихо спросила я.

– Сегодня в полночь, – так же тихо ответил он. – У старой лодочной станции на южном берегу. Придите одна и никому не говорите о нашей встрече.

С этими словами он накинул капюшон и быстро скрылся в переулке, оставив меня в смятении и с гулко бьющимся сердцем.

День тянулся мучительно медленно. Я механически выполняла привычные действия – обслуживала покупателей, вела учёт, готовила новые блюда – но мысли мои были далеко. Предстоящая тайная встреча, угрозы олдермена, признание Тобиаса в слежке – всё это складывалось в тревожную картину, от которой не удавалось отмахнуться.