Норвежский лес

А сегодня все до ума доведем.

– Ну и как хотите, – фыркнула Наоко.

На улице дул холодный ветер. Рэйко надела на майку светло-голубую кофту и засунула руки в карманы брюк. Она разглядывала небо, принюхивалась, как собака, а потом сказала:

– Дождем пахнет.

Я тоже принюхался, но ничего не почувствовал. По небу плыли облака, закрывая тенями луну.

– Если здесь долго живешь, начинаешь угадывать погоду по запаху, – сказала Рэйко.

Когда мы вошли в рощу, где стояли домики персонала, Рэйко попросила меня подождать, направилась к одному дому и позвонила в дверь. Вышла хозяйка, перебросилась с Рэйко парой слов, посмеялась, а потом вынесла из дома большой полиэтиленовый пакет. Рэйко сказала спасибо, попрощалась и вернулась ко мне.

– Вот, виноградом угостили. – Рэйко показала мне полный пакет. – Любишь виноград?

– Да.

Она достала верхнюю гроздь и протянула мне:

– Он мытый. Можно есть прямо так.

Я на ходу ел виноград, выплевывая шкурки и косточки на землю. Он оказался очень сочным. Рэйко не отставала от меня.

– Я понемногу учу их сына играть на пианино и получаю взамен всякие разности. Хорошие люди. Недавно угостили вином. Кое-что покупают мне в городе.

– Я хочу услышать продолжение вчерашней истории, – сказал я.

– Хорошо, – согласилась она. – Вот только если мы будем возвращаться каждый вечер поздно, Наоко нас заподозрит."

"– Ну и пусть. Все равно мне хочется узнать, что было дальше.

– О’кей. Только давай где-нибудь спрячемся. Сегодня что-то прохладно.

Она свернула перед теннисными кортами, спустилась по узкой лестнице и вышла к веренице складов. Открыла дверь ближнего, вошла и включила свет.

– Добро пожаловать. Правда, здесь ничего нет.

Внутри ровными рядами тянулись лыжные комплекты: сами лыжи, палки и ботинки. Здесь же на полу лежали мешки с посыпкой, лопаты для чистки снега.

– Раньше я часто приходила сюда играть на гитаре. Когда хотелось побыть наедине с собой. Уютно, правда?

Рэйко уселась на один мешок и предложила мне сесть рядом.

– Ничего, если я немного подымлю?

– На здоровье, – ответил я.

– Только это никак не могу бросить, – скривилась Рэйко и со вкусом затянулась. Я подумал: «Ну кто еще может так смачно курить?» Я ел одну за другой виноградины и складывал косточки и шкурки в жестяную банку, ставшую нам пепельницей.

– На чем я вчера остановилась?

– На чем-то вроде: «В ненастную ночь я взбиралась по отвесной скале за гнездом ласточки…»

– Ты такой забавный, когда шутишь, а лицо серьезное, – восхищенно сказала Рэйко. – Я начала давать той девочке уроки по субботам. Точно.

– Правильно.

– Если всех в мире разделить на способных и неспособных учить других людей, пожалуй, меня можно причислить к первым, – сказала Рэйко. – Хотя в молодости я так не считала. И на то были свои причины.