Лерка. Второе воплощение

С облегчением обнаружили, что ни моя Звездочка, ни строптивый кальпи Эйнара, никуда не делись и покорно ожидали нас чуть ли не у дверей. Устроившись со всеми удобствами в башне, разожгли костёр и даже приготовили себе поздний ужин. Почему-то сейчас никакой тревоги по поводу этого места ни я, ни Асвальд не ощущали, будто вся магия исчезла в тот же момент, как я забрала ветку.

— Хм, неужто ты чем-то так важна? — рассматривая сухую веточку, бормотала я, чувствуя умиротворение и усталость, от которой клонило в сон. Моргнув раз, другой, я смачно зевнула и посмотрела на Эйнара, который о чём-то тихо болтал, расчёсывая гриву своему коняге.

'Надо бы и Звёздочке вычесать', - подумала я, но сил вставать не было совершенно, поэтому по новой привычке ухватилась за свой кулон, положила рядом веточку и удобнее завернулась в небольшое одеяло. Я спать и пусть всё остальное подождёт.

Массивная дверь на удивление тихо и легко открылась, и в полутёмную комнату вошёл человек. Тяжёлые шторы практически не пропускали в комнату свет, а единственный светильник едва ли мог осветить огромную королевскую спальню, именно поэтому тут и был полумрак. А ещё тут пахло болезнью. Воздух, тяжёлый и буквально пропитанный лекарственными травами и настоями, казался тяжёлым и неприятным. Хотелось подойти к шторам, распахнуть окно и открыть створки, впуская свежие порывы ветра. Сегодня ветрено.

Но, к сожалению, делать подобное запретили толпы лекарей, которые чуть ли не ночевали в спальне правителя. Только толку от них не было никакого. Таранис Риваль из династии Ривалей, нынешний император так и не просыпался. Его тело оставалось совершенно безучастным ко всем способам и попыткам исцелить его. Не помогали даже магические методы. Это говорило о том, что отца не просто отравили, но и наложили ко всему прочему какое-то мощное заклинание, не дающее убрать последствия отравления.

Принц хмыкнул, присаживаясь на край кровати, такой же огромной, как и вся комната. Его отец явно питал слабость к большим вещам.

Как бы там ни было, но даже сейчас, болея и не приходя в сознание, император буквально излучал силу. Хотя немного и потрёпанную, не выдерживающую никакого сравнения с той, которой его отец обладал, когда был здоров. Но всё равно его волевое лицо, чуть похудевшее и бледное, даже сейчас приводило в трепет и заставляло понимать окружающих, что перед ними не простой крестьянин, а человек власти, родовитый и имеющий все права на трон. Хотя во всё ещё густых волосах, цвета горчичного мёда уже проскальзывали седые пряди. Век человека короток. Это так, но у королей он и того меньше.