Лепила

Многие члены «Клуба» буквально бились за место в очередной группе – так им хотелось попасть в далекие «палестины», туда, где их встретят и примут как долгожданных защитников от чумы прогресса. Каждый потенциальный член группы старался понравиться руководителю «Клуба», пытался ему угодить, даже «подмазать». Лишь бы только сесть в заветный автобус и уехать в аэропорт. И – дальше, на Ближний Восток или в Африку. Почему-то все плановые конференции спасителей природы проходили именно там.

А чтобы повысить настрой своих подопечных, учитель придумал нечто вроде совместного ритуала, подобно тому, что проводили когда-то наши далекие предки. Молились, можно сказать и так, воде, небу и огню – очищали свои души, настраивались на благие дела. Освобожденные от мирских привязанностей – квартир, машин и кредитных карточек – люди должны были очиститься еще и духовно. В этом таилась основная суть пребывания здесь, «на вахте», – полное единение с природой, первозданное чувство свободы, полной и неповторимой…

Он дождался, пока сохранятся файлы, пока погаснет экран и перестанет шуметь системный блок. Потянулся, хрустнул суставами. Сейчас хорошо бы крепкого чая.

В комнату, будто по мановению, вошла она. Совсем недавно он приблизил к себе эту девушку, сделал не то секретарем, не то заместителем. Красивая, с тонкой, будто точеной фигурой, большими зелеными глазами и упругой грудью, она привлекала его еще и как женщина.

Даша появилась здесь, на острове, совсем недавно, с одной из партий. И как-то сразу же попала в поле его зрения – выделилась открытым искренним интересом к общему делу, трудолюбием и особым складом ума. Такое бывает редко, чтобы в одной женщине, да еще такой молодой, все эти качества сочетались соразмерно и правильно. Тем притягательнее она для него стала. Всегда немногословный и показательно строгий, он вдруг неожиданно для окружающих стал улыбаться и даже иногда шутить. Над разгадкой думали недолго. Вот она – налицо: светловолосая, работящая и притягательная…"

"Но до поры – никаких вольностей. Вот закончим эту «вахту», на днях как раз прибудет новая смена, вернемся в Москву, там и поглядим (возможно, в прямом смысле). Не хотелось опускаться до простого соблазна, нельзя плодить слухи, волновать подопечных. Он – их вождь, его репутация должна быть кристально чистой. И, хотя он – такой же человек, как они, многое из «человеческого» запрещено ему по статусу. Да, у него есть прислуга (помощники по хозяйству), есть охрана из числа особо одаренных природной силой добровольцев, есть специалисты разного профиля – не зря же он столько лет формировал эту структуру, – но он для них прежде всего учитель и наставник (да что там – Гуру!), а это значит – никакого панибратства, никаких вольностей с женщинами.