Леонхард фон Линдендорф и фон дер Марк

Я под это дело попытался выбить приличные премиальные для тех, кто ходил со мной в этот поход. Кое-что получилось. Я вообще-то планировал выплатить рядовым по серебрянной марке в виде премии, унтер-офицерам по две, офицерам по десять. Но Гюнтер уперся и я с большим трудом смог выбить по половине марки для рядовых и по марке для унтер-офицеров. Для офицеров выплаты тоже срезал. Я сначала возмутился, но после некоторых подсчетов скис. Получалось, что с учётом экипажей и офицеров, на премии уйдёт больше тысячи марок, то есть 600 с лишним серебрянных фунтов. Чёрт, почти 250 килограмм. То есть почти всё награбленное серебро уйдёт на премии, а им ведь ещё и плату за два месяца платить. Значит все три сунндука серебра и уйдут и как бы ещё в сундук с золотом залезать не пришлось. Да и ладно, и без серебра добра навалом, так что по любому не зря сплавал. И развеялся и заработал. И солдатики мои слегка заработали.

— Ваше сиятельство, нельзя так. Слишком вы расточительно относитесь к деньгам. — продолжал причитать Гюнтер. — За что примию солдатам? Они три месяца проспали на кораблях, один день чуть-чуть повоевали и им премию?

— Гюнтер, это была всё-таки не увеселительная прогулка и условия на кораблях были очень сложные, неудобств хватало. И потом, хоть один день, но ведь воевали. Были и погибшие и раненые.

— Вот семьям погибших помочь надо. И раненым немного заплатить, на лечение. А остальным за что? Я видел как Курт гоняет оставшиеся в графстве полки. У них ни днём, ни ночью покоя нет. Постоянные стрельбы, какие-то марш-броски, и всё время пешочком, нагруженные как мулы. И им ведь никакие премии не положены. А ваши пробездельничали три месяца и премию получат. Половина марки — это ведь очень большие деньги. Для деревенского парня вообще сумасшедшие. Если он отправит их в деревню родным, то они сразу станут зажиточными крестьянами. А в городе на эти деньги можно какое-нибудь мелкое дело организовать.

— Гюнтер, но ведь это и хорошо. Чем больше в деревнях будет зажиточных крестьян, тем больше мы податей получим. Да и сгородских мы кое что получаем. Чем плохо-то?

— Да ничем не плохо. Если только ваши солдаты не спустят эти деньги на пиво и девок.

Так и препирались весь вечер. Но я был доволен, что хоть что-то с этого скупердяя выдрать удалось. В конце концов мне его ворчанье надоело и мы с Ирмой ушли, оставив их с Германом что-то подсчитывать. Оба обложились бумагами и только перебрасывались короткими непонятными фразами.

Поднялись в кабинет. Я открыл два сундучка с украшениями и предложил Ирме выбрать себе что-нибудь по вкусу. Зря я это сделал. Она закопалась в эти сундучки и даже про меня забыла. Постоял, постоял и ушёл. Надо сходить помыться, да и спать ложиться. Завтра с утра отплываем, так что выспаться не помешает.