Лекарство от одиночества (СИ)

Мы не так часто видимся, а когда это происходит, он всегда внимателен к Вере и обходителен, но иногда… Иногда в его взгляде на жену проскальзывает что-то такое, от чего я невольно ежусь. И отвожу глаза с мыслью, что подсмотрела нечто интимное, предназначенное только для этих двоих. Не спрашивайте. Я не могу этого объяснить. Он как будто одержим ею.

– Ты когда в последний раз напивалась? – улыбается Вера, снимая мюзле с бутылки шампанского.

– Интересное дело, – хмыкает Семен, наблюдая за происходящим со сложным выражением на лице. Там и удивление, как мне кажется, и настороженность, будто он не знает, чего еще от своей жены ждать. Интересно, что у них происходит? В несвойственной Вере оживленности мне видится что-то странное.

– Вот видишь, Вер. Семен против. Может, не будем? – отчего-то нервничаю я.

– Еще как будем! У меня, может, праздник.

– Какой?

– Хороший день. Не так часто они у меня бывают. Так когда ты, говоришь, напивалась в последний раз?

– Не помню, – смеюсь и отхожу в сторону, освобождая дорогу мужчинам. – Наверное, еще до беременности.

– Ого!

– Ага. Кстати, а кроме того, чтобы напиться, у нас еще есть какой-нибудь план? Я Мишане обещала, что ты расскажешь ему про животных, – шучу, шаря в рюкзаке в поисках злосчастного спасательного жилета. Безопасность на воде – прежде всего.

– Обязательно! Не переживай. Я, даже в дрова пьяная, смогу прочитать лекцию.

– Откуда такая уверенность? Только не говори, что тебе приходилось читать лекции пьяной. Я все равно ни за что не поверю!

– Ты права. Не было такого. Но сегодня у нас есть все шансы проверить мои предположения. Семен, а ты можешь попросить капитана пройти мимо Замятина, посмотрим на сивучей?

– Почему нет? Может, еще будут какие-нибудь пожелания?

– Не-а, можешь возвращаться к мальчикам.

Постепенно яхта заполняется все новым гостями. Их не так много, может, человек двенадцать. Кого-то я знаю, кто-то мне незнаком, но стеснения нет. Я вообще сама по себе общительная, а Верино шампанское и вовсе творит чудеса. Пьем, потихоньку накрывая завтрак аристократа – канапе с икрой, устрицы, морские ежи… Устрицы довольно большие, сама я такие обхожу стороной, потому что их не так-то просто добыть из ракушки, но дареному коню, как известно, в зубы не смотрят. Ловлю пробегающего мимо мужика:

– Извините, нас, кажется, не представили.

– Артур.

– Эльвира. Эля… – улыбаюсь я, а потом вдруг доходит! Ну, ни фига себе – это же сам Вершинин!

– Очень приятно, – вздыхает олигарх. – Так чем я могу помочь?

– О боже… То есть… Я хотела попросить разделать… Ой."

"– Эля, да? – в спокойных глазах Вершинина мелькает смех. И теперь, когда на его лице проступают хоть какие-то человеческие эмоции, кажется неудивительным, что я его не узнала сразу.