Лекарь для дракона

Я взяла стакан, но в этот раз отдала его Кларине.

— Зина, выйди, пожалуйста, — сказала я застывшей Зине, которая с интересом смотрела на нас обеих.

Хорошо, что Зина была не обидчивая. Она просто кивнула и вышла из кабинета.

Я раскрыла бумагу. Это было письмо от похитителей. Причём они знали, кто я. Они знали, чей это сын. Письмо начиналось со слов:

«Леди Амалия Каэнарр, нам прискорбно сообщать вам об этом. Но так сложились обстоятельства, перед которыми, как правило, даже самые сильные расы бессильны…»

Дальше шло витиеватое изложение и аргументация того, почему они это сделали. Но суть сводилась к следующему:

«Хочешь увидеть живым ребёнка, постарайся перейти на территорию Мельдора. Скажешь что-то дракону, мы это обязательно узнаем, и ребёнок умрёт. Захочешь нас обмануть, мы это тоже узнаем, и сделка не состоится. Но если ты придёшь, то получишь своего ребёнка назад».

У меня не было слов. Что было делать? Каждый мог оказаться на службе Мельдора. Скажу лекарю Сайену и подставлю его. Попробую прорваться к Каэнарру и они узнают. Кто мог знать, что ребёнок не Бофора, а Каэнарра?

Барон Аронар мог знать. Но он не может быть предателем, он воевал против Мельдора, и последнее его ранение тоже было тогда, когда он спасал людей, попавших в засаду.

И тут мне на ум пришёл дер-полковник Сафар Айронир. Он знал, кто я. Мог ли он узнать, что это ребёнок дер-генерала?

«Вполне, — подумала я. — И он приходил к принцу Мельдора. Мог ли он ему об этом рассказать?..»

Я вышла из кабинета. Кларина шла за мной. Конечно, ни о каком окончании рабочего дня речи не шло. Навстречу мне попался Рено.

— Госпожа Лия, что с вами? На вас лица нет, — сказал Рено.

— Мне надо срочно домой, Рено, можно я уйду? — попросилась я.

— Да, если надо, конечно, идите. Ничего страшного, нет, с чем бы мы не справились. Но, может быть, вам нужна помощь?

— Спасибо, Рено. Я обращусь, если мне понадобится помощь.

На улице ждала повозка, на козлах сидел Нират. Мы поехали по направлению к дому.

Я думала о том, кто из тех, кого я знаю из военных или из моего окружения, надежен, и даже случайно не выдаст информацию, если вдруг мне удалось бы передать информацию. Думала, и понимала, что не могу доверять никому. Мне вдруг каждый стал казаться странным.

Если поначалу я подозревала только Сафара, то пока мы добрались до дома, я уже подозревала даже генерала Каэнарра. Не в том, конечно, что он работает на мельдорцев, а в том, что у него в штабе есть агенты Мельдора, а он об этом не знает.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем больше мои мысли перетекали в практическую плоскость.