Лейтенант империи. Часть первая (СИ)

Анджей, тащи мед модуль.

Феймахер, как сидел на диване, так на нём же и скукожился. Подтянул к себе колени. Вжал голову в плечи.

— На, — Гвоздь вернулся в гостиную и протянул мне пояс с доспеха Феи. — Я в шоке, если честно. Это не жесть, а хуже. Слов нет.

Заглянул в модуль и волосы на голове поднялись дыбом, а по коже пробежал мороз.

— Твою ж бронзу, — выругался я, как только дар речи вернулся. — Ты какого миноносца сюда ядерный элемент запихал?

— На последний случай, — прошептал Хирш, съёживаясь ещё сильней.

— На какой такой последний… — начал я и замер на полу слове. Вспомнил его рассказ. Как он хотел устроить общую могилу, и потянулся к поясу….

— Ты полный псих, — прошептал я, замечая, как и до остальных доходит уровень просвистевшего над головой снаряда. — Зачем, Хирш? Зачем?

— А как по-другому, когда монстры вокруг бродят? — он решительно посмотрел на меня, затем спрятал взгляд и прошептал: — даже Могута не справился.

На минуту в комнате повисло тягостное молчание.

— Не, ну а что? — вдруг нарушил тишину Гусар. — Да каждый из нас бы так поступил, если бы остался последним. Я так точно.

— Не, ну, так-то да, — протянул Гадел, и они вместе с Мишей обвели всех взглядом.

— Согласен, — кивнул Гвоздь. — Не охота гнить в плену.

— Врагов побольше забрать, кто бы отказался? — хмыкнул Бобёр."

"— Ох, ребята, — покачал головой Пруха, — не поверите, сколько раз я такое видел, да и сам как-то вызывал огонь на себя. Дважды за день.

«Адвокаты» закончили и в ожидании уставились на меня.

— Тоже об этом думал, — кивнул я, вызывая у ребят дружный вздох облегчения. — Ты откуда его взял? — я снова посмотрел на Фею.

— Несколько батарей от пулемёта разобрал, — пожал плечами Феймахер, — с холодняком пришлось повозиться, переводя в реакцию, но, в целом, там не сложно. Да ты и сам знаешь, командир.

Нда. Левша самоделкин…. Энтузиаст любитель местного разлива.

— Командир, ты же обязан доложить, — прошептал Хирш, — что со мной будет за это?

Я говорил, что в комнате повисло тягостное молчание? Врал. По сравнению с той тишиной, что навалилась после слов Феймахера, ту, прежнюю, можно считать концертом рок группы с воплями фанатов и прокуренным голосом солиста. Ах, да, ещё и бас гитару с ударными не забыть. И Салют в небе добавить.

Сейчас же, на мои плечи, казалось, рухнуло небо. Облака забились в уши и сдавили мозг. Взгляды парней только добавляли груза. Жизни в них не было. Даже страдания. Только осознание, что здесь и сейчас вершится судьба их брата.

Вершится не на поле боя, к чему мы все готовились. Где всё, как-то прозрачней что ли, понятней. А в разгромленной комнате дворца императора. И судьи здесь не случай, не выучка с удачей, а устав, закон и командир. Трое, как и положено на военном заседании империи.