Лейра

С горцев стали сползать личины, являя их истинную суть.

— Демоны? — у Привратника глаза га лоб полезли.

— Они самые. Так называемые ""средние"". Уже не неуправляемые вечно испытывающие голод ""низшие"", а более организованные и разумные.

Активно вращая кистями, я направила поток Тьмы на толпу, формируя параллельно блокирующие печати. Демоны взвыли, пытаясь увернуться от смертоносных плетений, но тут человеческие тела сыграли свою дурную роль, не давая перемещаться так быстро, как им хотелось. Каждая, сорвавшаяся с кончиков моих пальцев печать прошивала попавшуюся на её пути фигуру насквозь своими лучами-нитями, и выбивала демона наружу, плотно окутывая в кокон. Мне оставалось лишь ""выжать"" его досуха и присвоить высвободившуюся энергию. По сути демоны заплатили собой за потраченные на них силы. Когда со всеми было покончено, я подошла к оцепеневшему Привратнику:

— А ведь я предлагала, чтобы мои люди поставили печати в долине. Ты отказался, ещё и меня в очередной раз чуть не угробил. Не просто так отряд рыскал много сотен лет по этим горам. Менялся состав, но не цель: уничтожение демонов. Ты не справился со своей задачей поддержания порядка в Горном крае. И на правах Хозяйки этих мест приказываю: умри!

Привратник даже не успел ничего сказать, как его тело осыпалось серой пылью, тут же унесённой ветром. Все эти годы жизнь в нём поддерживала магия, которая покинув его, не оставила в итоге даже скелета.

Как мне было не жаль долину, но селение пришлось выжечь, оставив после себя три сильных печати. Если эти демоны смогли выбраться, скрыв разлом, то второй попытки быть не должно. Думаю, что их появление спровоцировал одержимый. Достаточно рассредоточить ""средних"" по всему краю и не останется ни одного обычного жителя — всех подменят, протащив на поверхность себе подобных. Этакая тайная армия, способная устроить хаос в целом регионе по щелчку пальцев."

"После всего произошедшего в ущелье, я перескочила порталом подальше и в очередной раз решила перекусить. Хоть энергию и восполнила демонами, но жаль было не попробовать мои любимые пирожки с вишней. Эрик их терпеть не мог, но по указанию Мозеса их всё равно готовили каждый день, надеясь на моё возвращение. Вот и пригодились. Лёгкую поступь снежного барса я услышала ещё издалека. Зверь аккуратно спускался с горы, заходя со спины. Прыжок и передо мной приземлился огромный пятнистый красавец. Обнюхав мои колени, он уткнулся в них мордой и заурчал. Узнал. Признал. Хотя мог и убить, почуяв Найрета. А его присутствие он точно определил, о чём свидетельствовала вставшая на шее дыбом на загривке шерсть. Я закинула последний кусок пирожка в рот и утонула пальцами в густой шерсти, почёсывая ирбиса то за ушами, то под челюстью.