Лейра

— Пряник будешь?

— С повидлом? — в надежде посмотрел на собрата рыжий.

Рикки усмехнулся:

— Тебе мало того, которое ты съел, опустошив запасы в кладовке?

Микки обиженно нахохлился, как озябший воробей.

— С повидлом, с повидлом. Яблочным, твоим любимым.

— Но откуда? Я его ещё три недели назад приговорил! — удивлённо вскинул брови рыжий.

— Это, — Рикки поднял вверх указательный палец. — НЗ! Неприкосновенный запас.

Он достал из кармана пиджака прямоугольный пряник, завёрнутый в белоснежный носовой платок, и разломил пополам, протягивая кусок брату.

— Уфе прикофнофенный фапаф. Шены тебе неф! — пробубнил набитым ртом Микки, заталкивая последний кусочек ладонью.

Рикки лишь усмехнулся, откусывая кусочек от своей половинки и жмурясь то ли от лучей заходящего солнца, скользящих по его лицу, то ли от удовольствия.

— И когда ты только его успел прихватить? — отряхивая ладони задумчиво пробормотал Микки.

Рикки пожал плечами:

— Привычка.

В воздухе повисло тяжёлое молчание. Они оба ещё не забыли, каково это удирать от вышедшего из себя хозяина, спасаясь от побоев и внутренне молясь сбежать до того, как он вспомнит о Приказе абсолютного подчинения. Хорошо, если удавалось прихватить с собой пару засохших корок с пола. Бывший хозяин терпеть не мог хлебные корки, выгрызая исключительно мякиш и бросая остатки себе под ноги.

— Мик, — Рикки первым осмелился прервать затянувшуюся паузу. — Может наведаемся в таверну, перекусим? Я ещё и кошелёк с собой захватил.

Рыжий отрицательно покачал головой:

— А если ей плохо станет? Нет, не стоит рисковать.

— И то верно.***

В это время внизу, в спальне пажей, я стояла, прислонившись к стене, пытаясь отдышаться и слышала весь разговор. Моих сил действительно хватило лишь на то, чтобы подняться на второй этаж. Нет, у меня и в мыслях не было наказывать пажей. Просто хотела, чтобы они навели порядок на кухне, ликвидировав оставленное после себя безобразие. И случайно стала невольным свидетелем разговора на крыше, когда попыталась определить, куда спрятались эти негодники. Тёплое, давно забытое чувство разлилось в груди. Я слишком привыкла за прошедшие десятки лет быть сперва изгоем, потом бойцом, а затем командиром, который должен выполнять поставленную задачу и делать всё от себя зависящее, а иногда даже больше, оберегая и направляя своих подчинённых. Давно о мне никто не заботился так, как эти два чертёнка.

Глава 8. Корсеты, чертовки, мосты

Вообще-то идти на кухню я не собиралась изначально. Просто захотела угостить Маргу чем-нибудь вкусненьким, приготовленным на скорую руку.