Вторая жизнь доктора Лейлы

Пришлось отнекиваться, потому что я знаю таких, как он, возьмёшь у него цветы, а он будет считать, что ты ему не меньше тысячи крон задолжала.

А мне-то ещё надо было свою банку с плесенью проверить. Помня о пронырливости Шушеля, выпросила у Надин ключи и попросила перенести все её штуки для уборки в другое помещение.

Надин, надо отдать ей должное, в отличие от доктора Листера, не питала иллюзий насчёт Шушеля. Возможно, ещё и потому, что он никогда не был особенно вежлив по отношению к тем, кто в иерархии стоял ниже, чем он.

Плохо было то, что избавиться совсем от Шушеля не удалось, и он теперь точно знал, что в каморке что-то есть. Знаю, что он подходил к Надин и спрашивал, но Надин умничка. Она ему сказала, что отдала мне каморку, как девушке — интерну, чтобы переодеваться.

Да ещё моё настроение поднялось после того, как в пятницу вечером ко мне снова прибежала Дана и потянула меня к своей подруге, с кем она работала вместе в швейной мастерской."

"Девчонки нашли мне платье. Оказалось, что это платье отказное, его вернула клиентка, которой что-то не понравилось, и это платье лежало в кладовке среди других вещей, ожидая пока о нём вспомнят. Но то ли о нём действительно забыли, то ли ещё что-то, только Сара, приятельница Даны, сообщила что работает она уже год и за весь этот год платьем ни разу никто не поинтересовался.

— Мисс, — сказала она, — не волнуйтесь, в воскресенье принесёте, от вас нужно будет двадцать эре, на чистку платья, и в понедельник я положу его обратно, никто и не заметит.

Сначала хотела отказаться, как-то было не по себе надевать платье, вот так вот «одолженное», но после того, как девочки уговорили меня его надеть, я поняла, что я… пойду в нём на бал. Я смотрела на себя в небольшое зеркало, которое было у Сары.

Она иногда принимала в доме частных клиенток и поэтому приобрела такую дорогую вещь, как зеркало. Зеркало было старое, квадратное, по размерам примерно около полуметра в высоту и столько же в ширину. Отражение было мутным и немного кривоватым. Но это нисколько не снизило мой восторг.

Я же до сих пор ассоциировала себя с высохшей сгорбленной старушкой, а здесь в этом стареньком зеркале я вдруг увидела красивую, молодую женщину, у которой впереди много-много всего хорошего.

А ещё оказалось, что я, как и остальные женщины, обожаю красивые платья. Я про себя произнесла: — «Спасибо тем, кто сделал это платье доступным для меня.»

А вслух сказала:

— Девочки, я буду самая красивая на этом балу.

И мы все дружно рассмеялись. Дана потом рассказала, что больше всего боялась, что я со своей «правильностью» откажусь. Поэтому она так и обрадовалась.

Мы договорились с доктором Джозефом, что на бал поедем от больницы.