Вторая жизнь доктора Лейлы

— Да скажи ты ей, мистер Белтон, — вдруг не выдержала миссис Элис, — лучше пусть девочка от нас узнает

Я перевела взгляд на газету, которую мистер Белтон по утреннему обыкновению держал в руках:

— Какие-то плохие новости?

Мистер Белтон протянул мне газету. Я развернула её, пока не понимания отчего близкие мне люди могут так переживать и … застыла, обнаружив на первой полосе своё фото.

Причём стояла я не одна, а с Его Высочеством Максимилианом, и фото это было довольно старое, это был наш самый первый совместный вечер, когда принц привёз меня на набережную и первый раз поцеловал.

На фото, слава богу, не было поцелуя, но мы стояли обнявшись, принц обнимал меня со спины, а у меня на лице была совершенно счастливая улыбка.

Но всё бы ничего, если бы статья не носила название:

""Скандальная связь или как получить диплом доктора»

В статье не было указано имени принца, но моё имя указали. Интересно почему? Я была настолько неприятно поражена, что, видимо, произнесла вопрос вслух.

Мне ответил Мистер Белтон, который нервничая, умудрился уронить ложку и теперь пытался здоровой ногой достать её из-под стола:

— Про королевскую семью нельзя писать плохо, Лейла, поэтому здесь нет имени принца

— Да что же это? — запричитала миссис Белтон, — да как же ты теперь?

Она достала платочек, и приложив к глазам прошептала:

— Лейла, людям же не объяснишь

Я сжала зубы:

— Да уж, миссис Белтон, вы правы, но я думаю, что поговорят и забудут

Я сказала чете Белтон, что меня не волнует, что там пишут журналисты, но на самом деле было крайне неприятно. Хорошо, что сегодня мне никуда идти не надо, я планировала посвятить этот день подготовке к экзамену. Об этом и сообщила миссис Элис

— Вот и славно — расплылась в улыбке миссис Элис, — и то правда, поговорят и забудут

Но не тут-то было, на следующий день на первой полосе снова была я, и фото тоже был провокационное, а в статье уже давались подробности что «ввиду особых обстоятельств интерну Лейле Кроули разрешено сдать экзамен без обучения»

До экзамена оставалась неделя.

Все статьи были подписаны неким Эль Женор. Я подумала, что это скорее всего псевдоним, уж больно странное словосочетание для имени. И самое неприятное было в том, что мы действительно одно время много гуляли с принцем и, думач, что вокруг никого нет, влюблённые же ничего не замечают, часто стояли обнявшись или принц целовал меня.

Было страшно, что ещё я увижу на первой полосе.

В больницу я хоила на работу накануне. Никто ничего не спрашивал и не говорил, но перешёптывания я ловила. Когда уже выходила с работы, меня вызвал ван Эрменгем. Зайдя в кабинет главного врача, присела на кресло для посетителей.

— Лейла, — ван Эриенгему явно было неловко, — я, да и многие другие, кто вас знает, не верят в ту чушь, что пишут в газетах.