Лейилин. Меня просто нет

 — Знал бы кто, чего мне стоили эти слова! — Все нормальные парочки так делают.

И поспешила смыться в свою комнату, пока она не опомнилась.

Скажет — или нет?

Позвонит — или нет?

Дыши, Лэли. И постарайся не пялиться каждую минуту на телефон!

Не знаю, было ли Шантии дело до моего возвращения. Когда я вошла в комнату, у нее как раз был перерыв между занятиями, и я слышала, как она ходит у себя. Но ко мне так и не зашла.

Ладно.

Оказаться чуть не похищенной — это, наверное, уважительная причина, чтобы выделить себе дополнительный выходной. А поскольку мое расписание никто особо не контролировал, я так и поступила и весь день провела у себя, рассматривая подарок Дэна и читая о том, чем хотела заниматься сколько себя помню.

Иногда прерывалась на перекус фруктами… и да, чтобы проверить входящие.

Так опомниться не успела, как за окнами стало темно.

Идти к Шантии пришлось самой, интуиция подсказывала, что инициативы она не проявит.

— Привет. — Я осторожно заглянула в ее комнату.

Шантия сидела на кровати, скрестив ноги. Вокруг были разложены листы с рисунками платьев.

Оторвавшись от своего занятия, она посмотрела на меня. Внимание невольно отметило нездоровый блеск в покрасневших глазах.

Но спросить, что случилось, я не успела. Она заговорила первая:

— Инвуд мне написал. Представляешь, они с Алексис разбежались!

Перебор мысленных ругательств для одного дня.

— Когда? — сама не знаю, зачем спросила. Наверное, просто вежливо поддержала беседу.

— Мы проговорили почти всю ночь, — мечтательно вздохнула Шантия.

И ни слова обо мне. Не то чтобы я жалуюсь. В Эстергарде я ни разу не слышала, чтобы какая-нибудь Лейилин болела хотя бы банальной простудой. И, естественно, никому даже в голову не приходило беспокоиться о нашем самочувствии. Ушибы, полученные на тренировках, почти никогда не превращались в синяки, ссадины быстро заживали. Пару раз у меня начинало першить горло… но полноценно вирус никогда не проявлялся. И все же сейчас вполне привычное отношение почему-то задело.

Возможно, поэтому следующие слова я произнесла довольно резко:

— Изменять королю — самоубийство, не находишь?!

Особенно в таком месте, как Арнеар. Она сама уже должна бы понять.

— Мы просто болтали! — Она вскочила на ноги… и почти сразу опустилась обратно на кровать, не желая проявлять лишних эмоций. — Здесь нет ничего непристойного.

— Как посмотреть. — Работать голосом разума мне не нравилось. — Тебя это сильно задело.

Чтобы отвлечься на какое-то действие, Шантия начала собирать эскизы в папку, украшенную стразами.

— Думаешь, только тебе хочется романтики и ухаживаний? — через несколько секунд все-таки прошипела она.