Лейилин. Меня просто нет

Но то, что с ней происходит сейчас, вообще за гранью!

Она посмотрела на меня глубокими карими глазами и неожиданно искренне призналась:

— Я осталась совсем одна. Кроме тебя, у меня никого нет.

Чувство неловкости заставило дернуться. Я поерзала на стуле, забралась на него с ногами.

— Сеть не тянет? — спросила полнейшую глупость.

Шантия грустно улыбнулась. И… даже не заплакала.

— Все отлично работает. Здесь не такая дыра, как я думала поначалу. — Она вздохнула, устраиваясь удобнее. — Но мама все время занята, а когда находит время поговорить, начинает твердить про долг и про то, как хорошо, что я войду в королевскую семью. Почти все старые подруги перестали со мной общаться и пишут на своих страничках про меня гадости. А Алексис обиделась, что я пару раз не ответила ей. Но я первые дни так уставала на занятиях… Кстати, она теперь встречается с Инвудом.

Тирада закончилась, дыхание Шантии сбилось.

Ей потребовалась минута, чтобы прийти в себя.

— Только ты всегда рядом, — договорила будущая королева почти неслышно.

Я шумно вздохнула и перебралась к ней поближе. Еще не очень поздно, можно попросить ужин в комнату и немного порисовать.

Глава 5

На следующий день Шантия попросила меня купить еще сладостей. В договоре, следствием которого стал наш приезд сюда, присутствовал пункт о том, что невеста не должна ни в чем нуждаться. Поэтому в первый же день ей вручили карту с золотыми инициалами короля и некоторое количество наличных денег.

Дикость какая-то. В Эстергарде уже лет двести никто не таскает с собой бумажные купюры и монеты!

Но речь не об этом. Поскольку Шантия безвылазно сидела дома, кошелек достался мне. Это как-то само собой получилось. Мы обе слишком привыкли, что у нас все общее. Точнее, что все принадлежит Шантии, но я могу им свободно пользоваться. Но это уже детали.

Подробно выспросив, чего именно ей хочется, я, иногда сверяясь с картой для уверенности, пошла на рынок.

Плащ у Шантии просить не стала, хотя плечи и нос в прошлый раз немного обгорели, а вот фиолетовый с серебром костюм надела. Шантия пришла в восторг, обозвала меня феей и, глядя в журнал, причесала на арнеарский манер. Я ворчала и вяло отбивалась, но, оказавшись на оживленной улице, поняла, что такой вид играет мне на руку.

Темные волосы, темные глаза и не особенно бледная кожа — и меня легко принимали за местную. Мужчины осторожно отступали и не позволяли себе прямых взглядов, а женщины не стеснялись болтать при мне. Так что, пока шла, я подслушала несколько брачных историй, узнала о новом открывшемся книжном… и о том, что в городскую школу для девочек, открытую молодым королем, привели дочерей только простые семьи. Местная аристократия нововведение игнорировала.