Лейилин. Меня просто нет

И хотя на попытку перезвонить монотонный голос опять рассказал, как сильно недоступен сейчас абонент, я расслабилась.

Есть шанс, что все будет хорошо.

Теперь надо позаботиться о Шантии.

— Говорят, недалеко от побережья есть искусственные острова, там вся тусовка, — сообщила Шантия. Разобравшись со своими мыслями, я начала воспринимать ее болтовню не только слухом, но и разумом. — Было бы здорово поехать туда. Интересно, арнеарским женам полагается медовый месяц? А если вы с Дэном тоже быстро поженитесь, мы могли бы поехать все вместе.

— На месяц точно можешь не рассчитывать, — хмыкнула я. — И тебя уже перестало смущать, что он тебя старше?

Шантия тихонько засопела, но через секунду зарылась носом в один из пышных бутонов, и настроение ее так и не испортилось.

— Лэли, ты отвратительно неромантичная!

— И не говори.

Почему-то стало смешно.

А выражение ее глаз вдруг стало умоляющим:

— Ты его видела?

— Ну… — Наверное, можно сказать. — Да.

— И как он?

Жадный блеск в темных, как мои собственные, глазах вызвал новую улыбку.

— Симпатичный. И в короне.

А еще очень похож на Дэна.

И мне это не понравилось.

Стоп. Помню, в каком-то нелепом фильме видела, как близняшки вышли замуж за близнецов. Тогда это показалось даже милым.

Но не сейчас.

— Лэли, ты вообще девушка?! — взвыла Шантия. — А подробности? Во что он был одет? Как держался? Какое у него выражение лица? Как он смотрит? Как говорит?

Кажется, ей до дрожи хотелось меня встряхнуть.

Знакомое чувство.

— Я видела его пару секунд и то на видео, — немного раздраженно отозвалась я. — И так удивилась, что, кажется, только корону заметила, и ту не могу толком описать. К тому же я не просто девушка, я — Лейилин. Как минимум в прошлом. И поскольку мы прояснили этот момент, пойду-ка я к твоей колдунье.

Раз уж завтрак нас обеих в равной степени сегодня не интересовал, пора переходить к делам насущным.

И да, это был побег.

Я сама точно не поняла, от чего.

До Старого Города меня, как всегда, сопровождали мальчишки. Я их уже знала по именам и иногда по дороге мы болтали о какой-нибудь ерунде.

Оказавшись по ту сторону стены, первым делом заглянула к дяде. Он корпел над очередным рисунком, но не на человеческом теле, а на обычном альбомном листе. Сжав губы от усердия, тщательно выводил каждую линию, кое-где добавлял краски, чтобы было жирнее, действовал медленно… но все равно сбивался, бормотал что-то недовольное и поверху рисовал другой знак, обычной водой из стоящего рядом стакана. Лист вновь становился чистым, и Мастер принимался рисовать заново.

— Это чтобы убрать неудачное изображение? — проявила любопытство я, когда он очистил лист в третий раз за время моего присутствия. — Удобно."

"— Работает и со старыми тату, — поделился знаниями он, поднимая глаза на меня.