Лейилин. Меня просто нет

— Слава Небу! — порывисто выдохнула я.

За что получила какой-то странный взгляд.

— Ты думаешь?

Отвечать не стала. Разве можно считать иначе?

Человек, который, как почему-то считал Дэн, являлся моим родственником, жил в самом центре Старого Города. Окна его дома выходили на небольшую площадь с фонтаном. В последнем звонко журчала серебристая вода, и от нее во все стороны расползался ощутимый холодок. Я даже поежилась. Весьма ценно в жарком Арнеаре.

— Говорят, вода в фонтане целебная. — Дэн вдруг почувствовал себя в роли экскурсовода. — Там внизу источник.

— Пошли быстрей! — потянула его за руку я.

Слушать местные байки не было никакого желания. Не сейчас.

Понимающе улыбнувшись, Дэн свернул к входу.

— Мастер Жиар может показаться тебе странным, — тихо предупредил он, когда мы уже взбирались на крыльцо. — Ничего не бойся. Просто то, чем он занимается, наложило очень сильный отпечаток на его личность.

Он что, сумасшедший?

Успокоил, называется!

Дверь оказалась не заперта. Дэн просто толкнул ее, и мы вошли. Кто оставляет открытой дверь в Старом Городе?!

Наверное, мое лицо оказалось достаточно выразительно, потому что он ответил:

— Тот, кого слишком боятся даже колдуны, чтобы причинить ему вред.

Я почувствовала, как глаза округляются.

— Серьезно?

— Эти знаки сильнее, чем ты можешь себе представить, — медленно кивнул Дэн. — Не зря символом Арнеара вместе с солнцем и магией является кисть.

Припоминаю что-то такое…

— Кисть?

— То, чем Мастер наносит свои знаки.

Где-то рядом хрипло кашлянули.

— И она сама увидит, как только ты перестанешь заговаривать ей зубы и проведешь ко мне.

Ой… К щекам прихлынула кровь.

Но Дэн не смутился, широко улыбнулся, ускорил шаг, вынуждая и меня сделать то же, мы преодолели недлинный коридор и оказались в помещении, одновременно похожем на рабочий кабинет и мастерскую. От первого здесь была старинная мебель и высокие, под самый потолок, стеллажи, заставленные книгами и папками. От второй — кушетка, прикрытая белым покрывалом, валяющиеся повсюду листы с набросками — черно-белыми, как мои, только выполненными гораздо более искусно — и запах краски. Последний был несколько неуместен, но все-таки был, витал в воздухе и ощутимо мешал дышать.

За столом в потертом кожаном кресле сидел древний старик. Сморщенное лицо, одеяние, похожее на саван, и абсолютно белые волосы, будто из них взяли и вытянули весь цвет… Я свободно гуляла по улицам, несколько раз ходила на рынок и видела достаточно пожилых арнеарцев. Половина их шевелюр становилась пепельной, но ни разу взгляд не зацепился за такой цвет. Слишком жесткие и черные у местных волосы.

Дядюшка, как оказалось, все это время тоже внимательно рассматривал меня, но с выводом успел первый:

— Зря я тебе не поверил.