Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

Здания, которых тогда еще не было, фото тех зданий, что были, но не дожили до сегодняшнего дня… Улица Шевченко – Яновская, мрачные строения исправительной колонии в периметре свежей колючей проволоки, снаружи памятный камень с надписями на трех языках. Здесь уничтожено от 140 до 200 тысяч, – опять же всё примерно, всё ориентировочно – давние, досадные, почти забытые времена.

Едва ли штурмбаннфюрер Визе здесь, в опустевшем гетто, отсиживался. Хотя имелись кое-какие странные загадки с эвакуацией последних заключенных Яновского лагеря…

Потом оперативники покатили к Высокому Замку – смысл озирать город с высоты неочевиден: большая часть доминант и ориентиров изменилась. Но панорама впечатляющая, да и ждет тактичный Марчук, когда рассосутся с площадей напраздновавшиеся наследники «Галичины».

От древнего польского замка уцелел лишь фундамент, на холме зеленел парк, имелась смотровая площадка и телевышка. Лестницы, декоративный грот, одинокая, явно откуда-то притащенная «по случаю» скульптура льва с жалобно приподнятой лапкой. Бродят туристы, активно фотографируют крыши и шпили дивного старинного города…

Уползало солнце, таяли в сумерках крыши…

Подошел Спирин, оперся о чугунное ограждение, закурил.

– Знаешь, я все равно не понимаю…

– Угу, вопрос философский, тонкий, – согласился Женька, щурясь на сигаретный дым.

Спирин спохватился, помахал ладонью, разгоняя нездоровую завесу.

– Извини. Не на те детали я, видимо, обращаю внимание.

Отделу со Спириным повезло: переводчик опытный, о вермахте познания энциклопедические, с архивами работает профессионально. Разговорный язык, конечно, чуть хуже. С физподготовкой… Гм, ну, теперь она уже есть, физподготовка, пусть и в зачаточном состоянии. Пришел человек с сидячей работы, возрастом за тридцатник, чего тут ожидать? Звездочки на погоны, соответствующие жизненному опыту, и надлежащую оперативнику поджарость заработает в ближайшем будущем. Сложнее с интуицией и реакцией. Как-то сказал: «я живу в ту войну». Для историка хорошее качество: неравнодушный, всё через себя, через нерв, всё всерьез. Но «та» война закончена, и мы ведем нынешнюю войну, с новыми целями и новыми средствами. Глупо спорить, сравнивать, пренебрежительно тыкать пальцем – люди героями были, а ты, Земляков, кто вообще такой? Понятно, не герой. Рядовой военнослужащий, решающий свою узкую, локальную задачу. Как кое-кто, бывало, говаривал: «нам на все времена единственной Великой войны хватит. Наше дело – своевременно собственное дерьмо подтереть, приличный мир детям оставить. Задача скромная, но офигительно актуальная».

А ведь тогда о Психе в Отделе и вообще в Москве толком еще не знали.