Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

В целом немцы закрепиться не успевали, отходили, и сорокапятка, следующая за штурмующими, только раз и вступила в дело. Женька тоже разок проявил профессионализм и склонил к сдаче в плен ошалевшего сопливого ефрейтора, вознамерившегося геройски обороняться в угольной яме. Пусть народное хозяйство восстанавливает, саксонская морда.

Азартный Анджей расстрелял все автоматные магазины и размахивал парабеллумом. Грабчак кашлял и обессиленно улыбался. С другой стороны площади подошли «тридцатьчетверки», и остатки немцев начали сдаваться…

Женька помог старлею-танкисту втолковать пленным, что и как, полоненных построили, колонна двинулась искать штаб бригады, а утомленный переводчик вернулся к своим. Дождик вроде бы начался – ощутимо накрапывало. Кажется, еще там, на крыше, по жести застучало. Вот жизнь, даже на небо некогда взглянуть.

Оказалось, Анджей уже смылся – с товарищами по подполью встретился и умчался вылавливать оставшихся немцев. Передавал горячий привет товарищу «подпоручнику».

Остатки личного состава сидели на широких ступеньках. Вернее, усталый Грабчак полулежал, завернувшись в шинель, а Катрин слабовольно дымила столичной папироской. Каска товарища старшего сержанта была нахлобучена на голову каменного льва, украшавшего ступени. На поцарапанном металле расплывались редкие капли летнего дождя.

– Видел? – Катерина ткнула пальцем за спину, на двери с разбитыми стеклами. – Опять аптека.

– Угу, заботятся они здесь о здоровье, – Женька покосился на кашляющего в рукав бойца.

– Не особо помогает. Ни им, ни нам, – Катрин сунула окурок под сапог. – Садись, Жень, на дорожку. Пора нам собираться да убираться.

– Что, и до штаба не поедете? Я бы только машину забрал и…

– Подальше от начальства, поближе к кухне. Так, Петро? У нас еще всякие мелкие дела, сборы…

Грабчак слабо кивал.

– Ладно, тебе виднее, – Женька вздохнул.

– Не сопи. Вообще-то я тебе бы «лещей» навешала. Вот за это, – бывшая начальница бесцеремонно впихнула палец в отверстие на переводческом бронежилете. – Здесь и здесь… Ты чем думаешь, а, товарищ Земляков? Не толмач опергруппы, а какая-то томно движущаяся мишень. «Бегущий кабан», «стоящий осел», «интеллектуальный баран».

– А это откуда? – удивился Женька, нащупывая на хаки необъяснимую третью дырку.

– Эх, а еще краткий «Жека». Осиротишь Ирину Кирилловну.

– Не-не, ты чего несешь?! – замахал пострадавшей дланью суеверный переводчик.

– Сюда смотри, лейтенант, – чуть иным тоном приказала Катерина.

…А глаза у нее стали еще зеленее. Пропасть какая-то колдовская-магическая…

– Шо-то ты совсем того, Григорьевна… Понял я. Не пугай.

– Если уж на то пошло, то «Георгиевна». Вечно путают. А еще лингвист фигов с образованием. И не пугаю. Времена к нам идут нелегкие.