Фигура легкого эпатажа

Несколько мгновений она сияла люстрой, потом свет из пурпурного стал белым, синим, зеленым, а затем таинственный предмет, оставив за собой хвост искр, унесся вправо. Собаки, воя и лая, бросились в глубь квартиры.

— Эт-та что было? — прошептала Лиза.

— У Лампы спросить надо, — пробурчал Сергей.

Я икнула, попыталась пошевелить каменно-тяжелым языком, но потерпела неудачу.

— Совсем кошечка закончилась, — возвестила Лизавета, — жаль, Лаурка Антонова всего одну подарила.

Я вздрогнула. Лаура Антонова… Лиза уже второй раз упоминает это имя и фамилию. Почему они кажутся мне знакомыми?

— Ну-ка дай прочитаю, пока совсем в темноте не остались, — сказал Сережа и схватил лежащую на столе коробку со свечами. — Да уж… Лампа, немедленно отвечай: где приобрела столь замечательную вещь?

— У метро бабушка стояла… — промямлила я. — Холодно было, она совсем замерзла, вот я и пожалела старушку, купила коробку. Не от хорошей жизни пенсионерка зимой на улице торговать решила, наверное, пенсия копеечная.

— А где сей божий одуванчик эти свечки взял? — продолжил допрос Сережка.

— Вроде она что-то говорила про внука, который на заводе работает, ему, мол, часть зарплаты готовой продукцией выдали.

— Ну, это маловероятно, — ухмыльнулся Сережка. — Во-первых, не девяносто первый год на дворе, а во-вторых… Лампудель, ты читала надпись на коробке?

— Нет, — честно призналась я.

— Купила сама не зная что? — нахмурилась Юля.

— Бабушка сказала: «Возьми, деточка, там свечи, очень хорошо горят, пригодятся в хозяйстве, я недорого прошу». Уже ведь объяснила: мороз трещал, холод стоял лютый, старушка маленькая, тряслась вся… Я из жалости взяла коробку и забыла про нее, а сейчас вспомнила.

— Не обманула бабуська, — заржал Кирюшка, — засветилось лучше некуда! Фейерверк!

— Ясный перец, — неожиданно засмеялся Сережка. — Ракета осветительная, для военных целей, вот какая это свечка! Только срок годности у нее вышел. Небось внучок в армии служил и перед дембелем со склада что под руку попалось упер. Отличная свечка, хорошо, что она дома у нас под потолком не зависла.

— Сейчас потухнет, — грустно заявила Лизавета, глядя на мерцающий огонек, который плавал в лужице парафина, оставшейся от кошечки.

— Вот, держи настоящую свечку.

— Где взяла? — обрадовалась Юля.

— Соседка Лена дала, — пояснила подруга.

— Все-то у нее есть, — с укором воскликнул Сережа. — Чего ни попроси, тут же даст! Просто пример для многих.

Отчего-то, услыхав последнее заявление, присутствующие уставились на меня. Наверное, следовало возмутиться, но, как назло, внезапно налетевшая на меня икота стала еще сильней.

Хлопнула дверь, послышался шум, топот и громкий голос Вовки:

— Лампа, ты могла бы объяснить аварийщикам, что не лето на дворе, в лифте холодно, задубел совсем.