Фигура легкого эпатажа

В общем, семья жила на широкую ногу.

Через пару месяцев до Мары дошла истина: огромные средства лихо зарабатывает тихий, незаметный Михаил Петрович. Марина очень хорошо запомнила день, когда поняла, кто в семье истинный хозяин. Случилось это утром, двенадцатого ноября, в день рождения Ланы.

Девушка созвала гостей, Анна за неделю до предстоящего приема составила меню и вручила его вместе с деньгами домработнице.

Мара купила требуемые продукты, но в день торжества сообразила: хозяева забыли про хлеб, и подошла к Анне.

— Простите, пожалуйста, сколько батонов брать?

Дочь академика, как всегда спокойно, ответила:

— Уже сделала, — закивала Марина. — Выходит, меньше шести «нарезных» покупать нельзя.

— Так ступайте в булочную, — ровным голосом велела Анна.

— Извините, денег нет, — пролепетала Мара. Она служила у Антоновых недавно и испытывала отчаянное смущение перед женой Михаила Петровича.

Анна слегка порозовела и уставилась на прислугу. Испугавшись невесть чего, Мара залепетала:

— Вот списочек, тут все расходы… и чеки приколоты… про булки речи не шло…

Легким движением руки хозяйка поправила выбившуюся из идеальной прически прядь и размеренно сказала:

— Марина, мне не нужен детальный отчет, я верю людям, но если понимаю, что обманывают, — выгоняю с позором. Чеки легко можно подделать.

— Я… не… не… — начала заикаться Марина.

— Деньги на хлеб сейчас принесу, — прервала ее Анна.

В полуобморочном состоянии Мара доплелась до кухни и вышла на балкон покурить.

— Дай мне, пожалуйста, наличных, — послышался откуда-то сбоку голос хозяйки.

Марина чуть не проглотила сигарету. Но тут же поняла: Анны нет рядом, она сейчас находится в кабинете мужа. Несмотря на холодный день, Михаил Петрович открыл балконную дверь, поэтому домработница и стала невольной свидетельницей беседы супружеской пары.

— Столько хватит? — мирно поинтересовался Антонов.

— Не за что, — довольно сухо ответил мужчина.

— Ты сердишься? — тихо продолжила разговор жена.

— Понимаю, я превысила лимит, но это случилось из-за дня рождения Ланы.

— Я тебя не упрекаю.

— Аня, мне надо собираться на работу, — спокойно перебил супругу Михаил Петрович.

— Девочка пригласила слишком много народу, — оправдывалась Анна. — Мы составили список заранее, получилось двадцать человек, и деньги я брала на это количество гостей.

— Отчего же не хватило? — вдруг спросил супруг.

— Потом выяснилось, что Ланочка забыла про Веру, сестру Олеси, а нельзя же пригласить одну и не позвать другую.

— Гм… — бормотнул Михаил.

— А Рита Фаустова с женихом явится.

— Кто? — удивился Антонов. — Рита? С женихом? Что за чушь! Девочке всего шестнадцать лет.

— Ну… так уж вышло, — промямлила Анна, — ее родители не против.