Фигура легкого эпатажа

— Нехорошо грязное животное в дом пускать, — ласково напомнила я, изо всех сил мечтая проникнуть в комнату, где, по всей вероятности, так и лежал, меня поджидая, мой блокатор.

— Вечером приходи, — отрезала Ася, — в восемь.

С этими словами она присела на табуретку и тут же подскочила с легким вскриком.

— Что случилось? — машинально спросила я.

Ася, охнув, нагнулась и стала расстегивать на Белочке ошейник.

— У меня, похоже, артрит разыгрался, — пробубнила она, — когда сажусь, словно током шандарахает. Надо к врачу идти, да где хорошего найти?

Я хотела было воскликнуть: «Могу дать телефон великолепного хирурга», — но тут увидела, что в юбке няньки, как раз пониже спины, покачивается открытая английская булавка. Стараясь не рассмеяться, я незаметно для собеседницы вытащила ее и сказала:

— Вам очень повезло.

— В чем это? — осведомилась Ася, вешая поводок на крючок.

— Если дадите чашечку горячего чаю, мигом избавлю вас от неприятных ощущений.

— Да я тебе и денег отсыплю, и какао с булкой, и мяса с картошкой, и авокадо с креветками, и много чего другого дам, только лучше не ври. Артрит в секунду не пройдет.

— Вы просто не имели дела с людьми, владеющими методами ПРП, — ляпнула я в порыве вдохновения, — нас на весь мир единицы.

— Чего у тебя есть? — ошарашенно поинтересовалась Ася.

— Психологическое решение проблем, ПРП. Методика была опробована в строго засекреченном отделе КГБ. После падения советской власти сведения о ней просочились в массы, и кое-кто сумел получить знания. В общем, садись на стул, больно сейчас уже не будет.

Ася с явным недоверием, очень осторожно опустилась на обитую гобеленовой тканью подушку.

— Ну как? — с фальшивым интересом спросила я. — Колет?

— Нет вроде, — несколько недоверчиво произнесла нянька.

— Неприятные ощущения отсутствуют?

— Ага, — кивнула Ася, держась уже увереннее, и принялась ерзать на сиденье. — Как ты это проделала?

— Разве можно в двух словах объяснить то, чем занимаешься всю жизнь. Так дадите в благодарность за изгнание артрита чайку?

— Конечно, конечно! — засуетилась нянька. — Пошли на кухню. Мара, Мара!

— Чего кричишь? — послышался слегка надтреснутый голос. — Мы горим?

— Нет, — слегка сбавила тон нянька.

— Тогда почему шумим? — настойчиво вопросил голос, а через мгновение появилась и его обладательница — толстая тетка непонятного возраста, одетая в некое подобие домашнего халата, бесформенную хламиду с большими пуговицами и накладными карманами. Посчитать размахайку пеньюаром мешал и материал, из которого была сшита вещь: тонкая шерсть темно-синего цвета.

— Знакомься, Мара, — ажиотированно воскликнула Ася, — это Дуся.

— Ну, здрассти, — без особого энтузиазма ответила домработница.