Легкие отношения

А потом я, например, шла в уборную, и — бум! — мой ухажер либо испарялся, либо находил какие-то слабые отговорки. Но ни один из них не проявлял прежнего желания познакомиться поближе. В итоге я почти полгода провела без секса.

Я отошел от стойки, чтобы проверить омлет. Открыв крышку, я намеренно долго ковырял лопаткой блюдо, пытаясь прицепить на свое лицо маску безразличия.

— Морган? — позвала она.

Мне пришлось закрыть крышку и повернуться к ней. После ее вопроса прошло всего несколько секунд, а ощущение было, как будто я вечность настраивался на ответ.

— Мо, не понимаю, о чем ты говоришь.

Она еще сильнее прищурилась и слегка склонила голову.

— Знаешь, что во всем этом самое забавное?

— М? — спросил я, делая долгий — очень долгий — глоток кофе.

— А то, что через полгода все прекратилось, и мужчины снова стали хотеть меня. И снова предлагали ехать к ним домой трахаться. Как будто… как будто то, что их отпугивало, исчезло. Или… отчаялось."

"Конечно, эта пытливая головка уже давно сложила дважды два и вычислила злоумышленника. Так что мне не оставалось ничего, кроме как признаться в содеянном. Потому что мы обещали друг другу говорить только правду.

Я тяжело вздохнул и снова подошел к плите. Слегка потряс сковородкой, чтобы убедиться в готовности блюда, и выключил конфорку[ЧМВ1]. Взяв тарелки, я начал раскладывать на них омлет. Я знал, что Мо ждала ответа, и должен был его дать. Но мне было стыдно. В минуты своей душевной слабости я поступал как мудак, не давая девушке возможности построить личную жизнь, в которой не было меня.

— Господи, это был ты, — выдохнула она.

— Да, — просто ответил я, потому что не знал, что еще добавить.

Поставив тарелки на стол, я перенес туда корзину с хлебом, наш кофе и разложил приборы. Достав из холодильника нарезанный салат, я приправил его оливковым маслом. Потом поставил в духовку замороженные маффины. Молча взяв Монику на руки, я пересадил ее за стол, а сам сел напротив.

— Приятного аппетита.

— Спасибо, — отозвалась она, взяв вилку не глядя. Моника все еще сверлила меня взглядом. — Господи, Морган, мы уже женаты. Ты можешь рассказать мне все.

— Что, например? Ты все и так уже знаешь.

— Это был ты?

— Я.

— Зачем ты это делал? — вкрадчиво спросила она.

— Потому что любил тебя и не мог терпеть мысли о том, что тебя будет касаться кто-то другой.

— Почему перестал это делать?

— Потому что ты вообще перестала куда-либо выходить.

— Ты следил за мной?

— Немного.

— Морган, посмотри на меня.

Я сам не заметил, что опустил взгляд и теперь пялился на омлет, от которого поднимался пар.

— Скажи это мне в глаза.

— Что именно?

— Что ревновал и не хотел, чтобы меня касался кто-то другой.

— Мо…

— Нет, я хочу, чтобы ты признал это, глядя мне в глаза.