Легионеры

Нет, надо жить там, где ты родился, думала повзрослевшая за год на добрый десяток лет Марина.

* * *Они приехали в аэропорт на серебристом роскошном джипе «БМВ-Х5», стоимостью восемьдесят тысяч американских долларов. В хвосте номера – двойка. По четным дням въезд в Афины разрешался машинам, чьи номера оканчивались на четную цифру. Вторая машина, не менее роскошный «Лексус-470», уже стояла на парковочной площадке.

Их было четверо, все одной национальности, они предпочитали есть хлеб, а сало двигать носом. И вот с аппетитного куска оторвалась маленькая толика, эта сволочь, проститутка, собравшаяся удрать на родину. Ее видели в столичном аэропорту, но она или ловко ушла от преследования, или преследователи лопухнулись. За это время от аэровокзала отошло несколько туристических автобусов – с немцами, итальянцами, один повез русских туристов.

– Захочет затеряться среди своих, – заметил сидевший за рулем «БМВ» Корней Приходько, здоровенный малый, мастер спорта по дзюдо, нагулявший за пару лет комфортной жизни полтора пуда лишнего веса.

Корней работал на одноклубника, Михася Соловчука, который урвал в свое время часть доходного бизнеса: работа по найму в Греции. И все девчата, пожелавшие заработать на сборе апельсинов, обогащали Соловья, занимаясь древним, как само это государство, ремеслом. Однако детская проституция приносила куда более высокие дивиденды. Вывезенные в Грецию дети пользовались успехом и у местных нуворишей, и у своих же соотечественников. Вывозили кого в контейнерах с двойными стенками, кого под видом детских туристических групп.

Одна рванула – не беда, но дурной пример заразителен. Сказал другу – пошло по кругу. Главное, конечно, вернуть беглянку, но еще главнее задача – примерно и, что самое интересное и к слову подходящее, – публично наказать. Будет работать, пока не обветшает, пока не станет похожа на Акрополь.

У въезда на платный участок Национальной дороги, как всегда, столпотворение. Греки – народ горячий, сигналят по любому поводу. Автомобильная пробка – сигналят, своего увидят – жмут на клаксон, чужого – давят с удвоенной злостью.

Приходько замешкался, рассчитываясь ненавистными, отчего-то всегда старыми и засаленными драхмами, на него сзади обрушился автомобильный гудок, подразумевающий сквернословие.

– Иди успокой этого придурка, – посоветовал Корней товарищу.

Вадим Иваненко тем временем, опустив стекло, отбивался от назойливого продавца лепешек, удивляясь: теплынь на дворе, а эти кретины греки снуют вдоль дороги с пресными лепешками, вместо того чтобы предложить путникам холодной водички.

Иваненко и Приходько – одного года, оба стрижены под модный сейчас на Украине полубокс.