Легионеры

Снос стен и довольно низкого потолка (в ущерб второму этажу, который лишился целого крыла) превратили сложную анфиладу в просторный зал высотой в два света. Превратить еще и новоявленный железобетонный потолок в прозрачную куполообразную крышу не позволили финансы.

Собственно, почти все службы, способные обеспечить нормальную работу аэропорта, остались от того ведомства, которое раньше называлось аэродромом совместного базирования. Сдавая в аренду площади военного объекта, чиновники в погонах преследовали несколько целей: не получая из бюджета средств для поддержания аэродрома, сохранить его в работоспособном состоянии, произвести капитальный ремонт взлетно-посадочных полос и снимать небольшой процент с арендатора. А если этому объекту более не суждено стать военным, то через подставное лицо выкупить его по бросовой цене и стать фактическим владельцем отремонтированного аэропорта.

А там хоть и бессистемно, но работал буфет и магазин, служба упаковки багажа, заняли угол продавцы видео– и аудиокассет. Был и скрытый обмен валюты – в кабинете директора частной компании «Север-Платинум».

Самые горячие дни приходились на тот период, когда по каким-либо причинам столичный аэропорт не мог принимать все рейсы в полным объеме. Вот тогда «Северный» – один из резервных аэропортов Грузии, словами Эдика Андриасова, «включал все рубильники». В работу включались таможня, отделение пограничного контроля, санитарно-эпидемический отряд и даже ветеринарная служба, сгоняли с себя вечный сон брандмейстеры.

Охрана? С охраной все просто. Охрану несет взвод охраны.

Зазвонил телефон. Андриасов снял трубку, и его широкое лицо озарилось улыбкой.

– Серго! Гамарджоба! Как здоровье?

– Лучше не придумаешь. – Марковцев звонил по спутниковой связи из аэропорта под Кара-Балтом. Аэропорта, где дыры в паспортном и таможенном контроле легко было заклеить денежными купюрами. Ему не пришлось оплачивать чартерный рейс: по договоренности с Андриасовым самолет «Ту-134», принадлежащий «Север-Платинуму», имея планы полетов в два конца, прилетел в Кара-Балт поздно вечером, а вылететь должен был рано утром.

– А как у тебя, мой друг? – осведомился Марковцев.

– Все готово, Серго. Для тебя ничего не пожалею: вино, коньяк, лучшие бараны. Лично буду встречать.

– Договорились. До встречи.

Марк отключил связь и сверился с часами. До того момента, когда шасси «Ту-134» коснутся бетона аэродрома «Северный», оставалось двенадцать часов.

Командир экипажа разрешил пассажирам переночевать в салоне самолета. Откинув спинки кресел, часть диверсионной группы дремала. Все спокойны. Михаил Муромов и Нагатин рядом, по очереди прихлебывают из бутылки джин-тоник. Толик Беляев один, листает иллюстрированный журнал «Автомобили».