Легион. Книги 1-9

— Но я не ученый, — продолжал Федор, откинувшись назад на своей неудобной скамье. — Я воин. Знаю лишь, что твердое оружие делают наши мастера-оружейники в больших количествах с помощью огня.

Итао принял этот ответ на веру и даже записал. Огонь в качестве участника производства металлов был ему наверняка знаком. Странный разговор, иногда напоминавший игру в кошки-мышки, продолжился."

"— Ты говорил о кораблях, — сменил тему сапотек, немного подавшись вперед и отвлекшись от таблички. Его лицо опять приняло выражение крайней заинтересованности, только на этот раз оно казалось искренним, как у ребенка, который говорит о своих любимых игрушках, — расскажи мне о том корабле, на котором вы приплыли сюда.

«А парень любит корабли, — озадачился Федор, — интересно, откуда он о них знает. Большого флота у ольмекских берегов я что-то не заметил. Может, у этих друзей флот имеется».

— Нарисуй, — предложил Итао, пододвинув к Федору табличку и каменный резец.

«Ну вот опять, — озадачился Чайка, ощутив себя ненадолго в шкуре Лехи Ларина, — ну не художник я, чтобы по-вашему на жизнь смотреть. Солдат я». Но все же схватил резец и, как мог, изобразил профиль квинкеремы.

— А парус, — попросил Итао, — нарисуй парус.

«Лучше скажи — „высеки“», — едва не огрызнулся Чайка, которому вырезание по глине давалось путем больших усилий. Он невольно посмотрел на руки ученого сапотека, не слишком крепкого с виду. Руки учителя, однако, были жилистые и сильные. Это бросалось в глаза, если присмотреться.

«Немудрено при таком письме. Вы бы тут бумагу, что ли, выдумали, — зло думал Федор, вычерчивая корявые контуры паруса каменным резцом, — чем с камнем так постоянно развлекаться».

Наконец, Федор закончил и протянул картину сапотеку. «В семье не без художника», — подумал Чайка, провожая взглядом свои путаные линии, которые иначе как каракулями назвать и не мог. Он даже распереживался об отсутствии художественного таланта, чего раньше за собой не замечал. Но сапотек жадно схватил табличку и с интересом впился в нее глазами, вновь став похожим на удивленную птицу. Некоторое время он молчал, не отрывая взгляда от рисунка, а потом пробормотал:

— Большой корабль. Больше прежнего. Но парус у тех был другой.

— А какой у них был парус? — попытался использовать момент Федор, видя, насколько поражен его художествами ученый сапотек: — И где вы его видели?

К его удивлению, Итао схватил резец и быстро нацарапал на другой табличке схематичное изображение корабля и почти треугольный парус. Учитывая точность исполнения, которая превосходила художественные способности Федора в несколько раз, это был корабль среднего размера, меньше квинкеремы, но с двумя мачтами и парусами. Вёсел на нем Чайка не увидел.