Легион. Книги 1-9

Вино в кувшинах и всевозможные деликатесы, от которых у морпеха, проголодавшегося за день скачки, быстро потекли слюнки. Вдоль стен стояли слуги, готовые исполнить любое приказание.

— Боюсь, вам придется обождать, — посетовал Иседон, отщипывая длинными сухими пальцами немного от бока закопченной рыбы, — наш мудрейший Палоксай, отправился на охоту в леса возле острова Певка. Он большой любитель загнать кабана и не вернется, пока не сделает этого.

— И долго его придется ожидать? — не очень дипломатично поинтересовался скифский адмирал, усаживаясь на дубовый стул со спинкой, испещренный грубой резьбой.

— Быть может, несколько дней, — туманно ответил Иседон, — возможно, неделю или больше.

«Мутит что-то этот староста, — подумал Леха, разглядывая стол, — Да и говорит так, словно взглядом меня просверлить хочет. А впрочем, политики все такие. Наши старейшины, не лучше выражаются».

— Тогда мне придется где-то жить все это время, поскольку Иллур просил меня непременно с ним переговорить, — попросил Леха, тоже налегая на рыбу, которой здесь было великое множество, — и прикажите расселить моих людей.

— Я позабочусь обо всем, — наклонил голову Иседон.

На некоторое время переговоры приостановились, — они оба молчали, предаваясь еде. Особенно Леха Ларин, мгновенно позабывший про условности, едва оказался за богатым столом. Но, выпив чарку вина и отведав местной дичи, обильно политой каким-то красным и сладким соусом, Леха вспомнил таки зачем сюда прибыл. Но решил начать издалека.

— А что геты, тихо себя ведут? — спросил он, откусывая яблоко."

"Иседон бросил на него сначала удивленный, а потом изучающий взгляд, но ответил все также неспешно.

— С ними у нас мир. Особенно сейчас, — проворил старик, — Весь прошлый месяц у них были праздники, на которых наш царь Палоксай даже принимал участие. Но сейчас настало время молитв и принесения жертв своим богам. В такое время они не воюют.

— А в кого они верят? — не задержался с вопросом Леха, слегка откинувшись на спинке массивного стула, явно сработанного местными мастерами, и приготовился выслушать рассказ. Ожидания его не обманули.

— Они верят в бессмертие, — заявил Иседон, посмотрев на пламя большой сальной свечи, чадившей перед ним на столе, — и хотят после смерти попасть к Залмокису, своему верховному богу, что живет на юге, в подземелье неприступной горы Когайнон. Каждые пять лет они отправляют к нему посланников, выбрав самых достойных.

— И что посланники, — решил Леха поддержать разговор, — возвращаются довольные? Залмокис всем помогает?

Иседон вновь вперил в представителя Иллура странный взгляд, словно не мог уразуметь того, что произнес гость.