Легион. Книги 1-9

Для этого требовались знания, деньги, упорство и труд тысяч рабов. Все это у карфагенян было, не зря же этот город считался богатейшим портом на западе Обитаемого мира, а финикийские купцы самыми оборотистыми, постоянно отодвигавшими конкурентов-греков на второй план.

Как припомнил Федор, оставив парк за спиной и ненадолго оказавшись среди хижин местной голытьбы, многочисленные колонии и фактории Карфагена располагались, преимущественно, на расстоянии одного дня плавания друг от друга. Если плыть на север, то ближайшей была Мальта, — как морпех по привычке называл ее, — и два соседних с ней острова, по-прежнему входившие в состав державы. Значение этих островов, как перевалочных баз и портов, только выросло, после того как Карфаген утерял Сицилию."

"Обычно фактории строились на островах вблизи берега, в устьях рек или тех местах, откуда было легко добраться до моря. Ведь море было основной сферой жизни финикийцев. Без моря они себя не видели полноценным народом, хотя некоторые умники, типа сенатора Ганнона, предлагали расширяться вглубь материка, позабыв о морских традициях и не воевать с Римом. И сейчас, в разгар победоносной войны, такие настроения были совсем не на руку Ганнибалу.

Вспомнив про Ганнона, командир двадцатой хилиархии, бившейся сейчас далеко от сюда во славу Карфагена, вспомнил и о странном письме, подписанном этим сенатором. На первый взгляд оно не таило ничего серьезного, и даже не было зашифровано, но Федор уже решил показать его Магону при встрече. Ганнон, кажется не находился среди его друзей. Пусть он решает, что делать.

Преодолев по мостикам несколько оросительных каналов, Федор прошел вдоль раскинувшихся почти у крепостных стен огородов, и вскоре вновь оказался в кварталах, застроенных домами зажиточных горожан. Оттуда он пошел в старый город к форуму, где, потолкавшись часок среди многочисленных прилавков, зашел в лавку к оружейнику и выбрал новую кирасу взамен старой, носившей на себе следы многочисленных ударов римского меча.

«Могу себе позволить, — решил Федор, любовно оглядывая искусную инкрустацию на посеребренных металлических пластинах и мысленно уже отправляя старую в утиль, — чего мне эти деньги, солить что ли? Вот вернусь в Рим, неизвестно когда снова тратить начну».

Однако возникла непредвиденная проблема, — золотые монеты, взятые с собой не глядя Федором, оказались очень большого номинала. Товар тоже был не из дешевых, но у оружейника не было мелкой сдачи, а скинуть он никак не хотел, углядев в Чайке богатого покупателя, которому кираса пришлась в пору и сильно понравилась.