Легион. Книги 1-9

Операция по наведению переправы прошла успешно, хотя не спавшие который день римляне пытались этому помешать, то и дело, обстреливая из баллист каменными ядрами наугад сновавших в темноте солдат противника, и забрасывая их зажигательными стрелами. Однако, удалось. Помогли развалины старого моста, стоявшего здесь раньше. Некогда этот мост упирался в сторожевую каменную башню с воротами. Но теперь башня сиротливо вздымалась с той стороны реки, а ворота ее были наглухо закрыты.

Спустив осторожно на воду первые лодки, солдаты из прикомандированной к этому участку фронта инженерной части, с большим трудом привязали их к торчавшим из воды на середине реки остаткам деревянных свай. И, несмотря на сильное течение, остальное было делом техники. Буквально за несколько часов, от захваченного армией Карфагена берега до середины реки, протянулся деревянный настил, уложенный на подогнанные и скрепленные между собой лодки.

Эти суденышки солдаты Чайки несколько дней до начала штурма укреплений старательно собирали по всему берегу. Но их оказалось очень мало, — отступая, римляне сожгли почти все, — поэтому пришлось в тайне делать новые. Настил «понтонщики», как их называл бывший сержант российской морской пехоты, тоже приготовили заранее. За холмом результата их работы ждали выстроенные в боевой порядок солдаты хилиархии Федора Чайки и солдаты Карталона, прикомандированные для организации прорыва римской обороны. Там же готовились к бою еще около тысячи кельтов, что стояли в ожидании сигнала, опершись в темноте ночи о свои мечи и боевые топоры.

Темнота была относительной. Здесь у подножия холма, на берегу реки, время было похоже на ночь. Но в паре километров левее, полыхала усадьба одного из сенаторов, специально подожженная, для того чтобы отвлекать внимание. Языки пламени также лизали черное небо километрах в пяти правее от места главного удара. Там несколько сотен кельтов издавали страшный шум, круша еще не разрушенные здания и храм какой-то богини у самых стен Рима. Все это они делали специально, по приказу. Солдатам же Атарбала и лично Федора Чайки, Ганнибал еще раньше поставил четкую задачу: ближайшей ночью захватить стену и ворваться в город, во что бы то ни стало.

— Ждать дальше нельзя, — сообщил он на коротком военном совете у себя в шатре, — нужен решительный штурм. Мы и так слишком увязли в этой осаде.

Видя настроение Ганнибала, никто из военачальников не осмелился спросить его насчет ожидавшихся подкреплений. Промолчал и Федор. В конце концов, если более знатные военачальники молчат, кто он такой, чтобы не доверять военному гению человека, уже не раз доказавшего свое умение вести войну с любыми средствами.