Легион. Книги 1-9

— Никогда, — шипел Марцелл, замахиваясь в третий раз, — Никогда ты не увидишь Юлию! Умри, предатель Рима!

Но Федор отбил и этот удар, а затем нанес свой. Однако, сенатор отскочил назад, и острие фалькаты разрубило воздух, пройдя в сантиметре от его живота. Закончить им не дали. Подскочил Карталон и бросился на Марцелла, но на его пути уже стоял римский центурион. В завязавшейся между ними драке сам Марцелл отступил.

Стоя в луже крови на одном колене, в бессильной ярости Федор сжимал рукоять фалькаты и смотрел, как сенатор, окруженный центурией легионеров, спустился с холма и теперь быстро уходил по дороге в сторону Теана. Не прошло и десяти минут, как в наступивших сумерках силуэт Марцелла растворился вовсе, пропав из вида за поворотом дороги, что петляла между скал. А на этом месте остался лишь отряд римской пехоты, прикрывавший отступление.

Но Федор был настолько зол, что не потерял сознания, несмотря на потерю крови.

— Ты жив? — подскочил к нему Карталон, когда разделался с римским центурионом, а его воины с остальными легионерами.

Бой на гребне каменистого холма был закончен уже в сумерках, но Чайку это не интересовало. Глухое отчаяние овладело им. Он опять упустил Марцелла. Мог убить, но не убил. И, более того, сенатор знал, что Федор ищет Юлию и кто он теперь. А свои угрозы в адрес дочери Марцелл вполне мог привести в исполнение. С него станется. Ради этого ненавистного Рима он был готов уничтожить даже своего ребенка, а вместе с ним и счастье Федора.

— Ты жив? — повторил Карталон, осматривая его, — Ранен?

— Немного, — ответил Федор тусклым голосом и попытался встать, но едва не упал, ощутив резкую боль в ноге.

— Носилки, быстро! — приказал Карталон, а когда Федора, наспех перевязав тряпьем, погрузили на походные носилки, сооруженные на месте из четырех дротиков и плаща, добавил, — Марцелл ушел. Мы не смогли его захватить.

Федор ничего не ответил, лишь махнул рукой, проваливаясь в небытие.

Остатки хилиархии Карталона, соединившись с солдатами Адгерона, в кромешной тьме спустились с перевала к лагерю. Федор видел это, поскольку уже почти пришел в себя, сказав, обращаясь к шагавшему рядом Карталону, словно отвечая на заданный ранее вопрос:

— Это ничего. Никуда он не денется. Мы его найдем и казним.

А, помолчав, добавил.

— Я казню. Сам.

* * *Возвращавшиеся с неудачной атаки перевала, который остался за римлянами, финикийцы повстречали спешивший навстречу отряд под командой Урбала. Тот, едва узнав подробности, сразу разыскал раненного друга и сообщил последние новости.

— Федор, как ты? — спросил Урбал, поравнявшись с носилками.

Позади него шагал верный Летис и еще несколько солдат с факелами.

— Жив пока, — ответил бравый командир хилиархии слабым голосом.