Легион. Книги 1-9

Глядя, как прогнулся римский центр и какой урон шеренгам финикийцев наносят «Скорпионы», Федор нашел глазами Карталона, который был неподалеку.

— Ты не забыл мой приказ? — крикнул он, сквозь звон оружия, перекрывавший все звуки вокруг.

— Нет, — мотнул головой финикиец, снова повернувшись к Федору обрубленным ухом, — сейчас мы начнем атаку на позицию «Скорпионов», чтобы захватить Марцелла.

— Немедленно начинай эту атаку, — не выдержал Федор, — а то мы потеряем еще одну спейру только от этих стрел. Уничтожить позицию стрелометов!

Карталон, глянув на закатное солнце, проговорил:"

"— Я поведу ее сам, если позволишь.

Чайка хотел кивнуть, но вдруг передумал и перепоручил командование основным ударом командиру ближайшей спейры.

— Вместе поведем, — добавил неожиданно для себя Федор, — У меня к Марцеллу есть разговор.

Карталон не стал спорить. Он повернулся к своему помощнику и, отдав короткий приказ, двинулся сквозь строй спейры, еще не вступившей в бой. Федор устремился за ним. Быстро обсудив атаку с командиром спейры, Карталон развернул солдат в сторону склона, и, вскинув фалькату, первым бросился в бой. Эта атака не огласилась криками, как обязательно бы произошло в любом другом случае. Карталон приказал солдатам молчать. Их в любом случае заметят, — бой шел на открытом пространстве, — но заметят чуть позже. И у них будет несколько мгновений, чтобы за строем атакующих добежать до склона, на котором были установлены «Скорпионы», прикрытые с флангов манипулой римлян.

Подняв щит и фалькату, Карталон бежал справа от строя. Федор бежал рядом. Они действительно смогли достигнуть подножия холма в тот момент, как римляне только заметили атаку во фланг. Но дальше путь вел только наверх, — прямиком под стрелометы. Хранить молчание уже не было смысла.

— Наверх! — заорал Федор, отбивая щитом брошенный в него пилум, который, со звоном отскочив от умбона, к счастью прошел вскользь, — кто первым взберется на склон и уничтожит «Скорпион», тому награда! Десять золотых «слонов»![160]

И солдаты стали карабкаться вверх по камням, выскальзывавшим у них из-под ног, стремясь первыми заработать золотые монеты, полагавшиеся за смерть римлян. Но на краю каменистого холма их встретили плотные шеренги легионеров. А на головы обрушился град пилумов. Двоих солдат, карабкавшихся верх рядом с Федором, легионеры мгновенно поразили дротиками. Одному копье вошло в шею сверху, второму в грудь, когда он поднял голову, чтобы взглянуть наверх. Услышав стоны и предсмертные крики рядом с собой, Федор на секунду замешкался и чуть сам не был убит, — пилум вошел и застрял меж больших камней прямо перед ним. Но отвлекаться было нельзя, смерть танцевала вокруг, собирая свою жатву.