Легион. Книги 1-9

Когда зерновоз оказался на середине пути к ближайшему пирсу с возвышавшимися за ним складами, Федор заметил вдалеке еще одно громадное сооружение, отгороженное от торговой гавани двойным рядом крепостных стен. В одной из стен зияло отверстие узкого прохода, куда неспешно входила та самая квинкерема, что пересекла границу порта чуть раньше зерновоза. А в глубине внутренней акватории, скрывавшейся за неприступными стенами, заинтригованный морпех увидел массивное, увенчанное башней сооружение, возведенное, скорее всего, на острове.

Когда зерновоз подходил к причалу, Федор обнаружил, что их встречает досмотровая команда из шести солдат в уже знакомых ему кожаных панцирях и одного чиновника в зеленом балахоне и высоком колпаке.

— Лучше тебе рассчитаться сейчас, — напомнил капитан, — а то, кто тебя знает, еще улизнешь… Или что другое приключится…

Федор оглядел солдат и согласился. Капитан свою работу выполнил, а дальше — будь что будет. Они оба нырнули в трюм, где Федор отсыпал горбоносому практически все оставшиеся ассы и золотые монеты. Его кошелек после этого почти опустел. За душой морпеха осталось только два золотых кружочка достоинством в двадцать ассов каждый. Неплохие деньги для Рима, но в ходу ли они здесь, Федор не знал.

Капитан как в воду глядел. Едва взойдя на борт, чиновник осмотрел трюм и навел справки у капитана относительно его планов и товаров, сильно удивившись, что тот приплыл в Карфаген со своим зерном. Но пассажир в римских одеждах заинтересовал его гораздо больше. По дороге сюда Федор придумал себе легенду, суть которой заключалась в том, что он — житель местного городка Утики,[104] ремесленник, отправившийся торговать в чужие страны и в дороге захваченный римлянами. Долго находился в тюрьме, потом бежал. Приплыл в Карфаген тайно, ничего внятного не сообщив капитану нанятого судна. Это он и поведал таможеннику."

"Чиновник внимательно выслушал легенду, изложенную на ломаном финикийском, и без долгих разговоров велел препроводить его в тюрьму для проведения разбирательства.

— Если ты не врешь, тебя отпустят, — сообщил чиновник, прищурившись на солнце и улыбнувшись, — но если ты лазутчик, тебя повесят. Римляне нам тут не нужны.

Обступив его со всех сторон — мало ли чего можно ожидать от рослого римлянина, тем более, что руки ему все же связывать не стали — солдаты под предводительством таможенника повели Федора с причала.

Скоро они миновали склады, где масса пестро одетого народа сновала между кораблями и огромными амбарами, перетаскивая туда свои товары. Таможенник покрикивал на толпу, а шедший рядом с ним командир охраны щедро раздавал тумаки рабам и ремесленникам.