Легион. Книги 1-9

– Эй, Агелай! – подняв щит, крикнул он, приближаясь к строю противника, который медленно продвигался ему навстречу, – битва проиграна! Мы победили. Союзу конец. Но, ты еще можешь сдаться и тогда я, Федор Чайка, сохраню тебе жизнь.

Он не рассчитывал на ответ, лишь хотел позлить этолийцев, но, неожиданно ответ поступил.

– А что ты хочешь взамен? – раздался, перекрывая шум битвы, зычный крик из-за спины трех шеренг пехотинцев, отделявших Федора от Агелая, все еще восседавшего на коне, – чтобы свободные эллины, стали служить Ганибаллу, этому новому выскочке и тирану?

Чайка не успел ответить, поскольку новая стрела едва не поразила его в лицо, чудом отскочив в сторону от шлема с плюмажем. Когда он поднял голову, то Агелай дал свой окончательный ответ.

– Мы не хотим служить ни македонцам, ни Ганнибалу, – крикнул Агелай, выхватывая меч, – мы лучше умрем, но не покоримся.

Он видел, что его дело проиграно и карфагенские морпехи, перебив половину этолийских солдат, все плотнее сжимают кольцо окружения.

– Что же, – кивнул Федор с некоторым облегчением, – ты сам выбрал свою судьбу. Сейчас ты умрешь.

Новый удар скифов пробил брешь в шеренгах пехотинцев, защищавших Агелая, и тот с мечом бросился навстречу одному из конных скифских воинов, которым оказался сам Ларин. Стратег и предводитель скифов, сблизились, но скиф был вооружен копьем и нанес удар первым. Он выбил щит из рук Агелая, выкинув того из седла. Стратег этолийцев свалился в пыль, исчезнув там на короткое время. Пока Леха отбивался от подскочивших пехотинцев и заносил руку для второго удара, Агелай встал. Но, тут же получил новый удар копьем в плечо и вновь рухнул на землю.

– Возьми его в плен! – крикнул Федор, бросаясь к месту схватки с несколькими морпехами, сквозь открывшуюся брешь, но не успел.

Окровавленный Агелай, сумев подняться лишь на колени, схватил свой меч и бросился на него, лишив себя жизни и позора за поражение в битве. Оказавшись рядом спустя несколько мгновений, Федор увидел лишь окровавленное тело грека, не пожелавшего служить своим завоевателям.

– Ну, что же, – выдохну Федор, глядя на мертвого Агелая, – для воина это не самый плохой конец.

Пока его морпехи добивали все еще сражавшихся этолийцев, Федор покинул место схватки и вышел к подножию холма, устало присев на камень. Оттуда он посмотрел на город. Стены и башни Ферма возвышались в каких-то пятистах метрах. Массивные ворота столицы Этолии, до последней минуты, остававшиеся открытыми, на его глазах медленно захлопнулись, не дождавшись своего стратега. Это была победа.

Глава восьмая

«Новый приказ»"

"Налетевший шквал был коротким и лишь вспенил волны вокруг кораблей, никого не обманув и не напугав. Это был последний жест отчаяния со стороны Посейдона.