Легион. Книги 1-9

Он ждал приказ наступать, которого могло и не последовать вовсе. Однако ему неожиданно повезло. Агелай, чтобы спасти ситуацию, которая начала складываться уже не в его пользу, решил сам нанести удар. И этот удар он нанес на левом фланге объединенной армии своих противников.

Часть его непомерно растянутой фаланги, вдруг отделалась от остальных и двинулась вверх по склону, прикрываясь копьями. Заметив движение, скифы и кельты едва не бросились в наступление, и Чайке стоило больших трудов сдержать их, послав к ним, одного за другим, сразу трех гонцов.

– Пусть сначала говорит артиллерия, – решил он, подзывая Бейду, – а ну, покажи, на что способны твои орудия! Не зря же мы тащили их сюда из самой Италии.

– С радостью, – усмехнулся бородатый ливиец, – сейчас этолийцы узнают, что такое наши машины.

– Переплюнем их? – поинтересовался Федор, указав в ту сторону, где еще не так давно этолийцы расстреливали македонскую конницу.

– Конечно, – махнул рукой Бейда, – я видел, как они бьют. Наши катапульты и баллисты посылают ядра гораздо дальше, хотя здесь стоят и не осадные машины.

Порадовавшись за достижения собственных инженеров, – не все грекам его удивлять, Федор стал ждать залпов собственных орудий. Ждать пришлось не долго. Не успело правое крыло этолийцев миновать половину расстояния, как в них полетели дротики и ядра. Бейда передал артиллеристам приказ Федора Чайки и дальше в дело расчеты включились самостоятельно. Орудия были разбиты на группы, у каждых пяти был один командир, который имел опыт массовых стрельб и воевал, с оглядкой на остальных. Так что стрельба получилась вполне слаженной, едва только командиры начали давать отмашку. Катапульты и баллисты с бешеной скоростью посылали в наступавших ядра и дротики, волну за волной. После первого же залпа по фронту фаланги этолийцы стали падать десяткам, на себе испытав силу торсионных машин.

– Молодцы, – радовался Федор, выжидая момент, чтобы оправить в атаку свой левый фланг, где кельты давно рвались вперед, – пусть поближе подойдут. Надо хорошенько взбодрить противника."

"Они успели сделать еще пять залпов, выкосив несколько шеренг наступавших, – среди фалангитов с сариссами появились даже разрывы, заполненные мечниками, – когда две колонны сблизились на такое малое расстояние, что дальше стрелять было бессмысленно. Несмотря на то, что разъяренные лица и длинные копья этолийцев мелькали буквально двух шагах, артиллеристы Карфагена дали еще залп, разорвавший в клочья не меньше двух десятков пехотинцев. И все же масса атакующей фаланги была еще достаточно велика, чтобы уничтожить артиллерию. Федор не стал больше ждать.

– Пехотинцы, вперед! – рявкнул он, перекрывая шум сражения.