Легион. Книги 1-9

– Катапульты Архимеда свое дело сделали, – проговорил Ганнибал, склонившись над подробной картой Рима, – кельты и скифская конница на подходе. Но, мы не будем их ждать. Начинаем завтра же на рассвете, силы противника на исходе. Еще один мощный удар и оборона будет сломлена. Тебе, Атарбал, нужно пробить проход вот здесь, в направлении храма Юпитера Капитолийского. А ты, Чайка, ударишь к нему навстречу, вот сюда, через районы, прилегающие к цирку, в сторону могилы Ромула.

Чайка кивнул, присмотревшись к своему пути, который пролегал через тот квартал, в котором находился римский особняк Марцелла, где, как подозревал Федор, тот сейчас мог держать заложников.

– А как же здание сената? – слегка удивился Федор, – там будет самое жестокое сопротивление. Да и сенаторы наверняка теперь проводят там все свое время, принося жертвы и моля богов даровать им скорую смерть.

– Это направление я возьму на себя, – успокоил его Ганнибал, – мне поможет Магарбал со своей конницей. Пришла пора встретиться с римскими сенаторами. Они же так давно хотели меня видеть перед собой."

"Раздав указания, Ганнибал распрямился. Его черная с золотом кираса тускло блеснула, отразив огонь свечей.

– Рим должен пасть, – закончил он свою речь.

Удар Чайки был настолько мощным, что легионеры откатились от разрушенных стен почти на несколько кварталов вглубь Рима и только у подножия капитолийского холма он вновь встретил организованное сопротивление. Это были новые части, еще не принимавшие участия в битве. На пехотинцев Чайки, продвигавшихся сразу по трем улицам к центру города, набросились многочисленные катафрактарии. Своими широкими и длинными мечами эти римские кавалеристы нанесли ему большой урон, ненадолго остановив продвижение. Хорошо организованная римская пехота нанесла ему несколько контрударов, от которых Федор оправился только через пару дней. Однако, он удержал все захваченные районы, как ни старались его противники выбить Федора из римских кварталов и вообще из города.

На соседнем направлении ситуация была похожей. Прорвавшись за стены, Атарбал встретил сопротивление примерно на том же рубеже, что и Федор. Это говорило о наличии у римских военачальников четкого плана обороны города. Лишь сам Ганнибал почти пробился к сенату, да и то был остановлен на подступах. Римляне умирали, но не сдавались.

– Не спасет вас уже ни второе кольцо, – размышлял вслух Федор, разглядывая с крыши баррикады, возведенные легионерами, – ни третье, если оно есть. Все равно вам осталось не долго. Эх, мне бы конницу, а то нумидийцы не справляются.

Это было правдой. Нумидийцы были хороши на просторе, лавой обтекая холмы, но в условиях города, да еще против тяжеловооруженных катафрактариев, были почти бесполезны.