Ожившая легенда

— Воды я уже напился, — признался он, заглянув в кофейник, — а от бульона не откажусь. И от чего-то посущественнее тоже.

— Не уверена, что существенное пойдет на пользу, давай начнем с бульона.

Я всматривалась в мужчину и искала в нем… что-то искала. Признаки болезни, выздоровления, чего-то еще. Его аура выглядела рваной и истончившейся, но это не могло служить каким-то показателем.

— Рассказывай, что случилось за время моего сна, — прихлебывая бульон и закусывая его хлебом, попросил Ксавьер.

— Тебе сначала плохое или хорошее?

— Начни с хорошего.

— Мы женаты. Если ты, конечно, этому рад.

Светлые брови поползли вверх.

— Однако, — протянул лорд. — Я рад, но не ожидал. Пропустить собственную свадьбу… обидно как-то. Раз в жизни ведь бывает.

— Не расстраивайся, свадьбы не было. Твой отец через знакомого храмовника зарегистрировал брак — вот и вся свадьба.а

— А детьми мы не обзавелись? — прищурился муж.

— Нет, у нас по-прежнему только Дао. Правда к зоосаду прибавились маленькие горгульи — твой папа подбросил.

— Горгулий пусть себе оставляет, — жестко ответил Ксавьер. — Сколько я вообще отсутствовал?

— Чуть больше месяца, немного. Нас считают сбежавшими в свадебное путешествие. Родители не одобрили наш брак и мы пошли против их воли.

Смеялся Ксавьер искренне и долго."

"— Какой я, оказывается, романтик, подбил тебя на побег. Сказали бы сразу — похитил невесту.

— Вместе с василиском, цербером и грифоном, прилетев верхом на пегасе с мешком горгулий.

— Кошмар, — усмехнулся муж. — Зато мы теперь муж и жена. Лично я рад. Можешь теперь говорить плохую новость.

Я набрала воздуха и сдулась, как воздушный шарик. Язык не поворачивался признать поражение.

— Да ладно, Линда, я уже все понял, — Ксавьер взял мою руку. — Уверен, вы сделали все возможное и невозможное.

— Ты не понимаешь, — я отвела глаза, хорошее настроение испарилось.

— Понимаю, — муж погладил ладонь, переплел наши пальцы и потянул к себе. — Иди сюда. Я по тебе соскучился. Больше месяца не видел.

— Ты был в анабиозе и не чувствовал время.

— Зато сейчас узнал и почувствовал, как скучал. Можно сказать, осознание накрыло меня с головой.

Я перебралась в кресло на колени Ксавьеру. Было немного совестно и неловко, все-таки я отнюдь не пушинка, а он еще слабый, наверное, ему тяжело. Но Ксавьер не жаловался, нежно обнимал и щекотно сопел в ухо.

— Мы попробуем понять в чем дело, проведем исследования и скорректируем рецепт. Только, боюсь, тебя снова придется погрузить в анабиоз.

Ксавьер передернулся.

— Давай потом это обсудим, — попросил он. — Не хочу сейчас обо всем этом думать.

Я кивнула и прижалась к нему сильнее.